Ходят упорные слухи, что после болезни он изменился сильно, и, даже если эти слухи многократно преувеличены, Демидову вполне хватило увиденного, чтобы понять – если этот ухватит за глотку, то уж не выпустит.
Придя к такому неутешительному выводу, заводчик предпочел повиниться. А еще он по достоинству оценил то, что Петр дал ему возможность исправиться. Нет, руку на своем горле Акинфий Никитич все еще чувствовал, но также понимал – будет делать все правильно, она не сожмется в стальном захвате.
Н-да-а. Припомнить, с какими чаяниями он ехал сюда, и глянуть, чем все обернулось… Подбросили вверх, да забыли поймать.
Впрочем, насчет головы он погорячился. Зная все изначально, позволить обращаться к себе по-простому… Нет, не собирался Петр притягивать Демидова к ответу. Приструнить, постращать, дать понять, что, хотя и сидит Акинфий Никитич на Урале, да простер свои руки еще дальше на Алтай, живет он в пределах государства Российского. А у того государства нынче появился достойный правитель.
Ну достойный или нет, время покажет, хотя нынешние шаги вполне о том говорят, но уж и не прежняя рохля. Опять же вернул Ушакова с его Тайной канцелярией, или как ее там, КГБ. А этого на кривой не объедешь, так просто вокруг пальца не обведешь. Оно вроде как он раньше иными делами занимался, но теперь вот и до промышленников и чиновников добрался. Не стоит недооценивать этого умудренного опытом мужа.
– И последнее, – продолжал между тем Петр, привлекая внимание пребывавшего в раздумьях Демидова. – Задумал я по иноземному образцу устроить казенный банк.
– Задумка хорошая, удобства большого, государь.
– Раз уж ты так же о том говоришь, знать, и впрямь достойное начинание. Да и опыт той же Англии о многом говорит. Но есть трудности в том великие.















Комментарии
Добавить комментарий