Будто чего-то жду, но вот беда, сама не понимаю чего. И наталкиваясь на ненависть и безразличие в ее глазах, это маленькое чувство умирает. Тяжело и мучительно. Это очень неприятно. Но с другой стороны я рада этим ощущениям, ведь был период, когда я вообще ничего не чувствовала. Жить тогда было очень скучно.

«Зачем мы здесь?» — недоумевал Таш.

Она хочет жить. Сильно. Но она никогда не попросит меня о помощи, если вдруг что случится. Вот я и проверяю ее каждый раз.

«Ты ждешь, когда она попросит тебя помочь ей?» — удивился метоморф.

Я жду от нее другой просьбы. Жду, когда она так же захочет умереть, как желает жить сейчас.

То странное чувство, что она мне дарила, начало угасать.

Скорее практичная. Это плохо?

«Это в твоей природе. А мне твоя природа нравится» — он подошел ко мне со спины и ткнулся лбом в поясницу.

Таш, хочешь, поиграем сегодня в дворцовые игры?

Это подслушивание, подглядывание, интриги и сплетни.

«С кем сплетничать будешь?» — не понял он.

Да с тобой. Разрешается комментировать и злобно хихикать.

Первыми жертвами нашей с Ташем скуки стали близнецы.

Навил и Сэвил пытаются призвать хоть одного призрака на нижних этажах.

Они молчат, эти двое в принципе молчать не умеют, догадываюсь, что общаются мысленно. Обзор у меня хороший, просматривается вся комната. Жалко дырочки для подглядывания находятся низко.

— Да приди ж ты, наконец, упырев страж! — не выдерживает Нав.

— Не надо кричать, — появляется Ванир.

— О, явился-таки! Работает! — радуется Сэв.

— Чего хотела, еда? — почему-то обрадовался призрак, развлекается гад, а о хозяйке своей скучающей даже не вспомнил.

— Какая еда? — опешили братья.

— Несостоявшаяся, — буркнул призрак.

— Э… а… ну… ты о нас что ли? — возмутился Нав.

— Вы видите здесь еще, идиотов-некромантов, нарушивших, приказ нашей хозяйки? — Улыбнулся Ванир, и так жутко, он это сделала, что у близнецов вмиг мозги прояснились.

— Нет, — честно и растерянно ответил Сэв.

— Тогда идите… потом… а после поверните… три раза…., — мдя… Ванир бы нашел общий язык с Алаком. Я, между прочим, тоже так умею, но тщательно скрываю, Ларик меня как-то за такое умение без еды оставил на четыре дня и это при моем растущем на тот момент организме.

Некроманты сначала впали в ступор, а потом развернулись и пошли к двери, по-прежнему находясь в прострации.

«А мне не видно» — возмутился Таш, отпихивая меня от отверстий.

Зато ты слышишь лучше, возмутилась я.

— Ванир, можешь с ними пообщаться, только не калечь, — шепнула я, прекрасно зная, что фантом слышит каждое мое слово.

«Почему мне кажется, что братьям сегодня крупно не повезло?» — сверкнул во тме глазами Таш.

Над оборотнем издеваться не стали.

Зар, бледный, лежит на кровати, накрывшись одеялом с головой, и кается ему здесь очень не нравится.