Это была моя идея, и сейчас она как нельзя кстати.

– Ты же не собираешься прыгать? – слышу за спиной взволнованный голос.

– Конечно, нет.

Хватаю Аню и прижимаю к себе, падая вниз. Всего пара секунд, и нас поглощает прохлада, затыкая рот мелкой пищалке. Выныриваем на поверхность, и я получаю в лицо каплями воды:

– Ты больной! Нафига так делать?

– Я бы тебя еще полчаса уговаривал, а так, смотри… Мы уже здесь. Ничего не случилось. Расслабься.

– А если бы…

– Аня!

Она неуклюже держится на воде и сверлит меня взглядом. Сколько можно уже?! Хватаю ее за руку и тяну на себя, помогаю уцепиться за шею и гребу в направлении секретного места.

Уже через три минуты мы оба можем стоять на ногах.

– Что это? – спрашивает Аня, поднимая подбородок.

– Изначально хотели сделать большой остров, вместо нескольких беседок, но Расул передумал, а эту подложку так и не вытащил. Говорит, сама рассосется.

– Круто.

Капли воды на ее лице отражают лунный свет, губы растянуты в улыбке. Вот так лучше. Аня запрокидывает голову и всматривается в ночное небо, а я не могу перестать смотреть на нее.

– Снова ждешь падающую звезду? – спрашиваю я, медленно подбираясь.

– Нет. Желания исполняют не звезды.

Малышка чувствует мое приближение и вытягивает руки, чтобы ухватиться за плечи. Она обнимает меня, пронзая дрожью кожу.

– Холодно?

– Нет, – тихо произносит Аня, все еще глядя вверх.

– Ты дрожишь.

Она опускает голову и обнимает крепче, сжимая бедра… Ох, черт! Спать мы сегодня не будем.

– Хочешь расскажу, что я загадала тогда, когда мы были здесь в первый раз? – малышка соблазнительно водит губами по моему подбородку.

– Давай.

– Лучше покажу…

Просыпаюсь от духоты, но чувствую себя чертовски бодрым и свежим.

Даже вспомнить не могу, когда в последний раз спал так крепко. Открываю глаза и понимаю, что-то не так. Где эта мелочь ненасытная? Оглядываю беседку. Ни вещей, ничего. Становится не по себе. Даже хуже…

Одеваюсь и выхожу под палящее солнце. Делаю ладонью козырек и шагаю к дому, где должна быть вся шайка. На кухне меня встречают Вася и Макс с бледными лицами и грустными глазами. О-о-о… Страдальцы.

– Где Аня? – сходу бросаю я.

– Все уже уехали, – отвечает Макс, а Вася мычит в поддержку.

– Куда?

– Домой…

Что за?.

.

Вытаскиваю телефон из заднего кармана и вижу сообщение от матери, которое пришло несколько часов назад.

ХХХ: «Никита, я так хочу увидеть тебя еще раз. Пожалуйста. Нам есть о чем поговорить. Ты же знаешь, что я люблю тебя.»

Закрываю сообщение и набираю номер Никитиной. Бабы обязательно должны исполнять? Это вообще лечится? Слушаю длинные гудки, не берет трубку. Звоню еще раз, автоматический голос озвучивает приговор – абонент временно недоступен.

– Собирайтесь. Мы уезжаем, – говорю ребятам и выхожу на улицу.