Достоинством была ее несомненная простота и доступность: использовались рутинные окраски, и применение методики не составляло ни малейшего труда для любого эксперта-гистолога, даже малоопытного. А вот недостатком являлось то, что временные интервалы, которые данная методика позволяла устанавливать, исчислялись часами. Для следствия по уголовному делу этого было совершенно недостаточно. Шестьдесят минут — это очень много. И давно уже остро стоял вопрос о том какие методы можно применить, чтобы сузить временные рамки и иметь возможность определять давность повреждений максимально точно.

Сергей читал о так называемом морфометрическом методе, предложенном учеными, при котором нужно было заниматься математическим подсчетом количества различных элементов клеточной реакции на травму. Но этот метод требовал скрупулезности и огромного внимания и применяться повсеместно не мог.

— Наша кафедра, — продолжал Безгачин, сверкая глазами, — пытается найти какую-нибудь оригинальную методику. Мы и химиков привлекли из областного Бюро, они там отрабатывают вопрос об определении давности внутричерепных кровоизлияний по концентрации в них метгемоглобина, один из них даже кандидатскую на этом материале готовит.

И вы подключайтесь, если вам есть что сказать по проблеме. Нам бы гистологию сюда подтянуть — было бы полезно! Вы не тушуйтесь, Сергей Михайлович, прикрепитесь соискателем, сдадите экзамены, я возьмусь осуществлять научное руководство — справитесь! А я ваш материал включу в свою докторскую. И вам выгодно, и мне. Ну так как? Решитесь?

Сергей пообещал подумать. Стать кандидатом наук было соблазнительно.

И проблема показалась ему интересной. И ученая степень пригодится если не в карьере, то, по крайней мере, в дискуссиях с тем же «неостепененным» Двояком или прочими желающими подвергнуть сомнению экспертные выводы Саблина.

— Подумайте как следует, — сказал на прощание Безгачин, — я вас ни к чему конкретному не привязываю, конкретных тем не предлагаю — сами определитесь, что вам интересно или по силам. Но условие жесткое: наличие черепно-мозговой травмы и микроскопическая диагностика. Эти две составляющие — обязательны.

Остальное на ваше усмотрение.

Время, отведенное на сертификационный цикл, пролетело быстро, Сергей старательно посещал занятия, сдавал письменные работы, а в свободное время много общался с коллегами из областного Бюро, в котором о скандально известном северогорском эксперте были уже наслышаны. О диссертации он старался не думать, оставив принятие решения до возвращения в Северогорск. Он поговорит с Ольгой, посоветуется с ней, все-таки она как гистолог действительно лучше, чем он.