Вот теперь и сидит, злющий, красный как свекла, ещё и глаз дёргается. Больше всех усердствовали Ами с Ирмой. Гюнтер только усмехался иногда в усы.

Бракосочетание я назначил на завтра. Узнав об этом, Ами с Ирмой подхватились и помчались за невестой, ругаясь при этом из-за того, что за ночь они не успеют привести невесту в надлежащий вид. Элдрик вообще посмурнел. Ещё на что-то надеялся. Теперь всё, если дело в руки взяли наши дамы, то ему уже никак не отвертеться.

Посидели ещё немного. Гюнтер доложил о строительстве заводов, стекольной мастерской, для стеклянной посуды, ну и, конечно, о зеркалах. Это теперь его любимая тема. Мастера попробовали использовать серебрянную амальгаму и у них не плохо получилось. Брака стало намного меньше. Правда и колличество малых зеркал резко сократилось. Раньше их делали из бракованных больших зеркал, а теперь придётся открывать линию специально для разной мелочи. По прогнозам они будут иметь наибольший спрос, ведь на большие зеркала денег хватит совсем не у всех. Ещё немного поговорили и разошлись. Сунулся к Ами, но меня оттуда вытолкали. У неё сейчас творилось черт-те что — обряжали невесту. Заглянул к Ирме, её тоже нет. Понятно. Ничего, зато высплюсь.

Утром даже позавтракать не дали, погнали на бракосочетание. Названым отцом у жениха стал Гюнтер. Названой матерью стала жена Курта. Ами хотела, но я не пустил. Живот у неё уже выпирает довольно заметно, а в замковой часовне душно, как бы чего не вышло.

Обед превратился в настоящий праздник, народу набилось ужас сколько. Во главе стола сидели мы с Ами, а на противоположном Элдрик с молодой женой. Рядом с Элдриком я посадил Гюнтера, чтобы он не давал ему слишком часто прикладываться к кубку.

На сегодняшний день Элдрика от службы я освободил. В приказном порядке. А то ведь примчится.

Потом время потянулось довольно спокойно. Я занимался новой стекольной мастерской, ну и о зеркальной не забывал. Несколько раз заскочил к зеркальщикам. Проверил вытяжную вентиляцию в мастерской. Обязал мастеров хлдить только в плотной маске. В мастерской, конечно. Почаще делать перерывы, проветривать помещение и самим отдыхать на свежем воздухе. Договорился с мастерами о выпуске зеркал различных размеров, вплоть до совсем маленьких, ручных. В корпусах и из серебра, и из бронзы, и из дерева.

В начале июля прибыл наконец отец Бенедикт. С грамотой от императора. Теперь я граф фон Линдендорф унд фон дер Марк унд фон Лимбург. Вот так. Расту, однако.

Собрался и отправился в Лимбург. Теперь уже как настоящий хозяин. Надо показать грамоту бургомистру и магистратским, чтобы все в городе, а потом и во всём графстве, знали, что я их настоящий граф, утверждённый императором и это навсегда. Чтобы никаких глупых мыслей в головах не появлялось.