Игошин притащил гитару, которая была размером почти с него, теперь придётся весь день слушать его писклявое мычание. Я стоял в толпе и с замиранием сердца ожидал неприятной встречи.

И тут из за ларька с шаурмой показались они. Машка держала под локоть додика и что-то весело щебетала, Кораблёв нёс пакет, наклоняясь в сторону от тяжести. Надо же, мне не доверили покупать продукты, а чепушиле доверили!

Они подошли к нам, делая вид, что меня не замечают. Машка буркнула короткое «привет» куда-то в сторону, а Кораблёв специально встал так, чтобы наши взгляды не пересекались.

Когда все собрались, мы взяли пакеты и загрузились в автобус. Я сидел сзади и всю дорогу наблюдал, как Машка, сидящая через несколько рядов от меня, шепчет додику что-то на ушко, а он мерзко хохочет. Мне очень хотелось треснуть его по башке, чтобы он перестал смеяться, но я просто отвернулся и весь оставшийся путь пялился в пыльное окно.

На даче все разбрелись по разным углам, занимаясь своими делами. Девчонки резали салаты, парни разводили костёр и раскладывали мясо на решётку, Игошин бренчал три известные ему аккорда. В процесс подготовки к празднику были не вовлечены только три человека, я и Соколовская с додиком.

Я сидел на бревне и потягивал безалкогольное пиво, косясь на то, как Машка флиртует с Кораблевым. Она водила пальцами по воротнику его джинсовой куртки, подтягивала его к себе, чмокала, отпускала назад и так по кругу. Додик гладил Машку по спине и крутил прядь ее волос.

Я его сейчас убью, пусть меня посадят!

- Эй, бандит, - ко мне подсел Золотухин, перехватив мой взгляд, - Не порть себе праздник.

- Да все отлично! – я смял банку, бросил в сторону мусорного ведра, но промазал.

- Отпусти ты ее, пусть живет, как хочет.

- А я разве ее держу? – я недовольно на него покосился.

- Ну, а чего тогда сидишь страдаешь? Расслабься!

- Ничего ты, Гарик, не понимаешь! – грустно выдохнул я, - как ты думаешь, насколько неловко я себя сейчас чувствую?

Он понимающе закивал.

- Знаешь, ты так и будешь бояться, подойди к нему и поговори. Ударьте по рукам и живете дальше. Было и было, что, умирать теперь?

- Неее, я не смогу с ним нормально поговорить, мне хочется сломать ему челюсть.

- Опять? – засмеялся Золотухин, - ты же не совсем дурачок, чтобы ещё раз это сделать?

Я грустно хмыкнул и открыл новую банку пива.

- Прямо сейчас иди! Не переживай, мы рядом, больше не дадим тебе наделать глупостей.

- Да никуда я не пойду, что ты ко мне привязался? – возмутился я.

Но Гарик уже спихнул меня с бревна и я громко выругался чем привлек к себе внимание.

- Кораблёв, можно тебя на минутку? – Золотухин воспользовался ситуацией.

Додик насторожено на нас посмотрел, а Машка вцепилась в его руку.