- Ты не понимаешь, – Лина как-то совсем по-старушечьи качает головой. – Ты не понимаешь...

- Знаешь... Мика ведь Рокс. А Роксы – они такие... они мир руками познают. Ей всегда все надо было непременно потрогать. Даже скорпиона. Он ее цапнул тогда – нам по двенадцать было, я кровь с ядом у нее из пальца отсасывала. Но все равно палец у нее две недели был как сарделька. А мама на нас сильно ругалась тогда. А потом плакала, – Лина вздохнула и грустно усмехнулась своим детским воспоминаниям. – Мика и меня постоянно трогала. За руку постоянно брала. Спали мы вместе и... я привыкла, знаешь – засыпать именно так.

Что она меня притиснет к себе и сопит в ухо. Ей это нужно было – чувствовать человека рядом. И меня приучила. Мне так ее не хватало первое время после инициации... Очень. Знаешь, трудно быть одному, когда ты привык, что тебя постоянно кто-то обнимает. А теперь, – Лина еще раз вздохнула, – она будет обнимать... Мо.

Объяснение было каким-то детским. И все же совершенно правильным и искренним – Михаил слишком долго общался с детьми, чтобы не понимать этой настоящести и искренности.

- Могу предложить свою помощь. Если тебе так уж захочется с кем-то обниматься – я к твоим услугам.

Я, конечно, не могу обниматься так же круто, как Рокс. Ну а вдруг... тебе тоже понравится?

Лина оборачивается к нему и вдруг улыбается – невесело, но уже что-то.

- Настоящий гостеприимный хозяин, Миша. Спасибо, я учту.

А потом они собрались впятером.

- А где остальные, Миш? – из них пятерых желание общения выказывают лишь трое, Мика и Лина упорно молчат, не глядя друг на друга.

- Тагира и Алю я припахал, – усмехается Михаил. – Кров и пищу отрабатывают.

- У меня теперь новый трудовик и учитель музыки.

Тигр с ребятней скворечники во дворе делают. А Алия Алиевна ругает на чем свое стоит наше старое пианино, но пятиклассницы уже взяли ее в оборот.

- А к чему привлек Фарида с Соней?

- В магазин отправил. Их иногда полезно оставлять наедине. Мне кажется, Фарид в Сонином присутствии соображает на порядок шустрее. Какие-то она ему правильные вопросы умеет под руку задавать.

Рассказывать о результатах розысков Мики и Лины приходится Варваре и Мо – сестры по-прежнему хранят молчание.

- Так, мальчики, – Варвара поднимается на ноги. – Пойдемте, посмотрим, как там у сына моего старшего дела со скворечником.

Мо нерешительно смотрит на Мику. Но все-таки уходит – уводимый за руку Варварой. В комнате тихо – лишь слышно, как переговариваются за окном осмелевшие с весной птицы.

- Прости меня, сестричка.

- Это ты меня прости, родная.

Роксу проще обнять, чем сказать. Лина привычно устраивает голову на плече сестры. Что они с Мо, не смогут поделить Мику, что ли?

- Мо, мне нужно поговорить с Потаном.

- Надеюсь, вы знаете, на что подписывается, – ежится Мо. – Он... он...