Надеюсь, сейчас он даст оперативной группе наводки по Немитову. Если полиция и гвардия будут одновременно его искать, то шансы скрыться у мерзавца равны нулю.

— Мария Юрьевна, вам больше здесь незачем находиться, — произносит гвардеец с блокнотом. — Мы доставим вас домой. Не беспокойтесь.

Он уже тянет руку к точеному плечу княжны, словно приглашая взять Машу под свое крыло. Я хмурюсь: этот жест выглядит чересчур нагловатым, будто гвардеец хочет воспользоваться уязвимостью юной девушки и втереться ей в доверие.

— Минуточку, уважаемый, — вклиниваюсь я.

 Ко мне оборачиваются удивленная Маша, так и не шагнувшая к гвардейцу. — Я доставил Марию Юрьевну на это мероприятие, мне ее и отвозить обратно. Таков этический принцип кавалера, и я не собираюсь пятнать себя его нарушением.

— Молчали бы лучше, Вещий, — хмурится гвардеец. — Вы и так уже подвергли риску жизнь княжны.

— Ошибаетесь, — тотчас возражаю. — Я как раз предотвратил этот риск. У обидчиков не было и шанса навредить княжне. Расспросите свидетелей — и узнаете, кто наказал вредителей.

Маша во все глаза смотрит на меня, а гвардеец, раздраженно опустив так и невостребованную руку, гневно заявляет:

— Мы обязательно расспросим.

С вас и начнем, сударь. Так что у вас не будет времени подвозить Ее Сиятельство.

— Мне кажется, — замечаю равнодушно. — Что соблюдения нравственной нормы по отношению к Марии Юрьевне первостепеннее, чем ваш допрос, уважаемый. Тем более, что необходимую информацию я уже вам дал, имя виновника вы знаете, и вашими главными свидетелями, между прочим, являются бандиты, которых я специально пощадил ради княжеского допроса.

— Да Мария Юрьевна ни за что не захочет с вами ехать после случившегося, — фыркает гвардеец.

— А вы ее уже спросили? — замечаю в ответ.

И мы оба дружно смотрим на виновницу спора.

— Я поеду с Даний, — произносит последнее слово княжна. Щеки ее пылают, а грудь бурно вздымается под облегающим платьем. — Можете не волноваться, Иннокентий.

— Как прикажете, — не обрадовался гвардеец такому повороту событий. — Но, сударь, сразу как выполните свою «нравственную норму» и подвезете Марию Юрьевну, возвращайтесь.

Мы будем вас ждать.

— Непременно, — киваю ему небрежно и подставляю локоть Маше. Княжна тут же хватается за меня и мы покидаем зал.

Вообще я хотел отодвинуть время допроса, потом необходимость в нём всё равно отпадет, но и девушку, конечно, тоже надо отвезти именно мне. Иначе действительно выставлю себя в плохом свете. Когда метишь в дворяне, нужно блюсти репутацию. Как говорится, береги честь смолоду. Любая оплошность может стоить герба в будущем.

В коридоре Маша отпрашивается в уборную.