— Помните, как мы встретились?

— Вряд ли такое можно забыть, — мягко сказала она.

— Ну вот! Я же говорю, не убийца я, просто мне вечно не везло. — Билли увидел, что Амалия снова улыбается, и надулся.

— По-моему, не везло не тебе, а твоим противникам, — поддразнила она своего друга.

— Вы еще скажите, что гадателя зарезал я, — проворчал Билли. Но молодая женщина покачала головой.

— Нет, Билли. Я даже мысли подобной не допускаю. Просто то, что Беренделли сказал о тебе, кто-то другой принял на свой счет. И испугался.

— Ну, если так, то вы, наверное, правы, — с сомнением в голосе сказал Билли. Он пригладил волосы и исподлобья взглянул на Амалию. — А мышьяк? Кто его подсыпал? Это же было до того, как итальянец спугнул убийцу. И кто, черт возьми, застрелил красотку и адвоката? Он что, не мог ограничиться одним адвокатом?

Дальше им пришлось пережить вдвоем множество самых разнообразных приключений, а потом их дороги, казалось, разошлись окончательно — у Билли началась чахотка, и Амалия поместила его в лучший санаторий. Сама она вскоре вышла замуж, но потом последовали развод, годы, заполненные не самой интересной, но безусловно важной для страны работой, в которой Билли, который к тому времени уже подлечился, изредка оказывал ей помощь. Однако она и сама не могла похвастаться крепким здоровьем, и когда слегла, то Билли оказался первым, кто примчался к ней на помощь. Молодой человек был для нее кем-то вроде брата (родного она утратила в юности), и Амалия знала, что всегда может на него положиться. Сам Билли питал к ней несколько другие чувства, но был достаточно умен, чтобы понимать: если такая женщина, как Амалия, дарит свою дружбу, это накладывает определенные обязательства, потому что есть вещи, которых нелегко достигнуть, но которые очень легко утратить. А Амалия обладала одной особенностью, из-за коей ее многие считали невыносимой — раз сочтя, что человек ее каким-то образом предал, она навсегда вычеркивала его из своей жизни. И Билли, который отлично помнил о тех, кто совершил непоправимую ошибку и лишился ее расположения, вовсе не хотел оказаться в их числе.

Сейчас он поглядел на молодую женщину, вздохнул и пожаловался:

— Я совершенно запутался.

Но тут в дверях появилась Глаша и сообщила, что господин Марсильяк только что прибыли.

— Идем, — сказала Амалия, — ему о многом надо будет рассказать.

И они вышли из комнаты и направились к лестнице.

Аполлинарий Евграфович поцеловал руку Амалии и представил ей своего помощника Соболева, вместе с которым прибыл к Верховским. Молодая женщина познакомила следователя с Билли, и Марсильяк сказал, что очень рад всем родственникам уважаемой госпожи баронессы. От Амалии, впрочем, не укрылось, что ее старый знакомый бросил на американца оценивающий взгляд.