Пламя лижет каждый дюйм моей кожи, каждая частичка меня балансирует на грани взрыва, когда его пальцы сжимаются на моем горле, перекрывая мне доступ воздуха.

– О боже, – хнычу я, но слова глушат его объятия, а улыбку, которую он дарит мне, я бы хотела навсегда оставить при себе. Он мой, Нова Даркмор – мой, он здесь, со мной, готов на все ради меня. От этой мысли я срываюсь с катушек, кончаю так быстро и сильно, что, уверена, своими криками могла бы разбудить весь дом. – Я кончаю, Нова, кончаю.

Влагалище обхватывает его член, с каждым движением его бедер пах ударяется о мой клитор самым совершенным образом, пока я полностью не распадаюсь на кусочки.

– Черт, – с протяжным стоном выругивается он, двигая бедрами еще быстрее. – Детка, притормози, или я сейчас кончу.

Я не слушаю, просто не могу, я слишком далеко зашла, слишком потерялась в этом торнадо, которым является Нова Даркмор, и в том факте, что он мой, что он любит меня.

– О боже, – снова восклицаю я, все мое тело дрожит в его объятиях, в то время как его член с каждым толчком продолжает находить идеальное местечко.

Затем он просто звереет, сжимает мое горло и трахает киску, пока с протяжным стоном не кончает следом за мной. Двигает бедрами, глубоко проникает в меня, пока его сперма не выплескивается внутрь меня, заявляя, что я принадлежу ему и только ему.

Вода продолжает хлестать по нам, покрывая наши тела и смывая грехи, которые мы теперь разделяем, но все, что я могу – это смотреть на него, наблюдать, как он переводит дыхание и возвращается ко мне. Затем Нова снова целует меня, на этот раз нежнее, наши губы двигаются как единое целое, пока его наполовину твердый член медленно входит и выходит из меня. По моим бедрам стекает сперма.

– Я люблю тебя, Мэдди, – выдыхает он мне в губы, обнимая крепче, если это вообще возможно, и я улыбаюсь.

– Я тоже люблю тебя, Нова.

Мы позволяем нашим признаниям повиснуть в воздухе, а затем он молча выскальзывает из меня и начинает намыливать руки и мыть каждый дюйм моего тела, а после я отвечаю ему тем же. Как только мы ополаскиваемся, он первым выходит из душа, берет полотенце и поворачивается ко мне.

– Я оставлю тебе на кровати свежую одежду, чтобы ты могла в ней поспать. Мне просто нужно пойти сообщить Арчеру о маме.

Я улыбаюсь так широко, что у меня болят щеки. Поразительно, как он может за считанные секунды превратиться из сильного и брутального мужчины в мягкого и доброго. Трахает меня, владеет мной, а потом проверяет, как там его друг и заботится обо мне. Я смотрю, как он уходит, а затем остаюсь в душе еще на пару минут, позволяя теплу окутать меня, пока кожа не покрывается мурашками.

Когда я выхожу и, обернувшись полотенцем, возвращаюсь в его комнату, единственное, что я нахожу на кровати, – это одна из его джерси.