Неужели ректор не понимал, что одними цветами он не загладит свою вину передо мной? Матильда молча наблюдала, собирая побольше информации.

Уже был поздний час, когда я почувствовала, что нахожусь не одна в комнате.

- Добрый вечер! – услышала знакомый голос за спиной.

- Добрый вечер! – произнесла, даже не повернувшись к нему лицом.

- Я знаю, что ты обижаешься на меня, но давай поговорим спокойно, пожалуйста, - предложил он, и мне пришлось на него посмотреть.

- Хорошо! – согласилась я, так как понимала, что чем раньше состоится этот разговор, тем легче у меня наконец-то станет на душе.

- Останемся здесь или пойдем ко мне? – спросил магистр.

- Сюда может в любой момент зайти кто-нибудь и помешать нам поговорить. Лучше будет у Вас! – сделала акцент на последнем слове, но он не подал и виду, что заметил это, и мы перенеслись в гостиную ректорского домика,

- Хочешь чай или кофе? – поинтересовался он у меня.

- Спасибо, но ничего не хочу! – отказалась от его предложения, а сама удобно устроилась на диванчике напротив камина, в котором медленно, ровным пламенем горели дрова, но при этом отдавали много жара.

Ректор сел рядом со мной так близко, что мне пришлось немного отодвинуться, или разговор мог бы не состояться.

- Рианна, я знаю, что неправильно вел себя по отношению к тебе, - по его голосу было слышно, что эти слова ему давались с трудом. – Нам нужно заново научиться доверять друг другу, - я молчала, желая выслушать магистра до конца. – Мои родители не любили друг друга. Это был классический брак по расчету, в котором они построили свои отношения чисто на уважении. Родовое кольцо так и не приняло мою мать, поэтому оно пролежало долгие годы в ожидании следующей претендентки на сердце одного из наследников рода, и я надеялся его надеть на палец леди Вероники, но ты подоспела немногим раньше, - усмехнулся он. – Я не решался сказать матери, что одна адептка позаимствовала драгоценность, которую после уже не в силах был кто-либо снять, а мой отец все же сам вызвал меня в свой кабинет и поинтересовался, как у меня обстоят дела на личном фронте. Вот тогда я и рассказал ему все о тебе, на что он только загадочно улыбнулся, но ничего мне тогда так и не ответил, - замолчал он ненадолго. - Я никогда не знал недостатка в женщинах, не был обделен их вниманием. Мне всегда казалось, что любить – это удел слабых мужчин. Себя же я таковым точно не считал и списывал все, что со мной происходило по отношению к тебе на брачное заклинание, даже не пытаясь разобраться в себе. Меня влекло к тебе физически, только я и сам не понял, каким образом стал со временем хотеть не только твоего тела, но и просто быть рядом с тобой, вдыхать запах твоего тела, волос, - проговорил он, глядя мне в глаза.