А ведь только вчера покрасила ногти. Кататься по траве явно вредно для маникюра.

Не желая больше слушать чушь, которую несет парень, я снова набрасываюсь на него и колочу кулаками по груди. Сперва он пытается прикрыть лицо руками, но потом до него доходит, что, несмотря на боевой задор питбуля, на деле я слабее котенка, и он опускает руки на мои бедра. Я сижу на нем верхом, и он откровенно смеется над моей беспомощной атакой, глядя на меня снизу вверх. Его твердый живот вздрагивает от смеха, и это приятное ощущение, но ладони у меня уже болят – грудь у него словно каменная.

– Я ничего не брал, – пытается он выговорить между приступами смеха.

– Не могу! Я уже разговаривала с охраной и была в полиции. Мне нужен мой ноутбук! – Я в полном отчаянии, и в моем голосе появляются жалобные нотки. – Если я не получу его обратно, мне конец.

Парень сжимает руки на моих бедрах, и мне кажется, что он пытается себя обуздать. Он мог бы легко сбросить меня, но почему-то этого не делает. Вместо этого успокаивается и смотрит на меня с каким-то сочувствием:

– Слушай, давай я куплю тебе новый. Любой, какой захочешь.

Я удивленно моргаю от подобной любезности, но мою проблему это не решит.

– Нет, не пойдет. Мне нужен именно мой компьютер, в нем моя книга.

Парень запрокидывает голову и в недоумением прищуривается:

Он что, идиот? Я сердито смотрю на него:

– Можно подумать, ты не знал об этом, когда стащил компьютер.

Он собирается что-то сказать, но тут нас прерывает вибрирующий сигнал телефона. Парень поднимает палец с выражением «подожди секунду», словно это не я сижу на нем верхом и контролирую ситуацию, вытаскивает из кармана телефон и с раздражением смотрит на экран.

Он что, на все смотрит с раздражением? Мы знакомы всего два дня, и это выражение не сходило с его лица. Сердитый, сильный, сексуальный… похититель компьютеров.

Боже, у меня проблемы. И этих проблем будет еще больше, если я не получу свой ноутбук обратно.

Парень раздраженно хмыкает и закатывает глаза. Ага, еще одно выражение, я уже насчитала три. Пожалуй, даже четыре, если считать игривую усмешку, когда он меня подхватил вчера.

– Что не так? – вырывается у меня. – Я его раздавила?

Поделом ему, но он только качает головой:

– Нет, все нормально.

– Видно же, что что-то не так.

– Мать у меня… довольно настырная.

Это маленькое признание дается ему с явным трудом. Прежде чем я успеваю воспользоваться этой возможностью, телефон снова звонит. На экране по-прежнему слово «мама».

– Ты собираешься ей ответить?

Ага, мистер как-вас-там! Он, похоже, не понял, что только что преподнес мне оружие против себя на блюдечке с каемочкой.

Не дожидаясь, пока парень что-то сообразит, я с силой щиплю его через рубашку за сосок.