Он говорил отрывисто и сбивчиво. Лиза услышала, что извиняется, но за что?

– Не поняла, за что ты просишь прощения?

– Это все мать, – повторял Дымчик. В его голосе звучало отчаяние. – Я не знал, честное слово! Сказала вчера вечером, накануне отъезда. Звонить было поздно, не хотел тебя будить. Еду всего-то на две недели. Мать говорит, что нужно прийти в себя, отдохнуть, повидаться с отцом. Съездить на океан, походить в спортзал, полечить зубы у посольского дантиста… А, и что-то купить, – мать говорит, что я обносился и выгляжу как бомжара. И еще при посольстве корт шикарный, так хочется поиграть в теннис! Лизка, время пролетит быстро, что такое пара недель? Даже не заметим.

Лиза молчала, не веря своим ушам. Поиграть в теннис?..

– Ты не обиделась? Не обижайся, ты же знаешь мою маман! От нее просто так не отвяжешься. Хватка – бульдожья, ха-ха. Почему согласился? Ой, Лиз. Ну что за вопрос! Потому что чувствую себя виноватым, вот почему! Конечно, как прилечу, сразу и напишу, слышишь? И, разумеется, буду звонить! Лизка, я люблю тебя!

«Поиграть в теннис», – почему-то стучало у Лизы в висках.

– Как проживу без вас две недели… Не представляю… Поцелуй Анечку, от меня поцелуй. Жалко, я с ней не простился. Целую! И не сердись, умоляю! На коленях прошу!

– Счастливого пути, – только и смогла вымолвить Лиза. – И хорошего отдыха.

«Вот он, мой Дымчик – весь как есть, в натуральную величину. Настоящий. Слабовольный, бесхарактерный, малодушный и бесхребетный».

Позвали – поехал. А ведь мог не лететь, мог отказаться.

У них столько дел, столько планов! Оформление документов – а это длинный тяжелый процесс.

Небольшой отпуск втроем: Лиза, Анюта и Дымчик… Хотели поехать в Прибалтику, в Ригу.

Все рушится, все. Потому что он едет приодеться, покупаться и поиграть в теннис! Потому что мамочка приказала. Дитя должно отвлечься и расслабиться.

Захныкала Анюта. Лиза взяла ее на руки, поцеловала в теплую, вкусно пахнущую макушку и расплакалась.

Не на кого рассчитывать. Только на себя.

Дымчик хороший, но как там, в фильме «Простая история»? Как говорила героиня Мордюковой герою Ульянова: «Хороший ты мужик, Андрей Егорыч, но не орел.

Так, воробей. Воробьишко.

На неделе Лиза поехала навестить Васильича – и удивилась, как он им обрадовался.

По квартире Васильич передвигался с костылем, но бойко и резво, и вообще был в хорошем, даже жизнеутверждающем настроении.

Анюта уснула в Полечкиной комнате – на аккуратно, как при хозяйке, застеленной кровати. На тумбочке стояла фотография Поли, здоровой, улыбчивой, с задорно поднятой головой. Фотография была перевязана черной креповой лентой.

Лиза вздрогнула и отвернулась.