По возвращении домой обнаружить Эву в своём кабинете – это приятный сюрприз, а увидеть ее там полуобнажённой – так и подавно. Узнав, что мой телефон кто-то опять трогал, понял, что дед мои слова все же не воспринимает всерьёз или не до такой степени, как бы мне хотелось. Его хакеры опять залезли ко мне в телефон, надо с этим что-то сделать.

Когда усадил Эву к себе на колени и стал ласкать ее тело, решил, что не отпущу. Хватит. Сделаю так, чтобы была рядом всегда. Не буду больше слушать ее отговорки.

Именно поэтому соблазнил, уложил в кровать, залюбил до потери сознания и… не предохранялся. Возможно, появление ребёнка заставит ее немного повзрослеть, а если и нет, то хотя бы так она будет привязана ко мне.

Позже, на кухне, немного жалея о содеянном и о том, что единолично принял это решение за нас, поинтересовался, как бы она отнеслась к детям. К совместным. И когда она опять начала придумывать отговорки, понял, что поступил правильно и, если повезёт, через месяц, а то и раньше, мы с Эвой узнаем, что скоро станем родителями.

Настроение упало. Эта ее неуверенность задевала меня. Отдавая себе отчет, что могу не сдержаться и взорваться, отвёз Эву к родителям.

И все. С этого момента начался отсчёт времени, которое я решил дать Эве, чтобы она поняла и осознала, хочет она быть со мной или нет. Пусть побудет без меня некоторое время, в идеале месяц. А когда я точно буду уверен, что ребёнка мы все-таки заделали, начну действовать по намеченной схеме.

Итак, я занялся работой: исключением отца Виолетты из числа акционеров и осуществлением полного контроля над фирмой.

Да, опять буду тесно работать с Максом и его людьми. Тогда, два года назад, я оказал ему услугу, теперь будет помогать мне он.

Через две недели моего игнорирования Эвы и ее звонков, мне позвонила Ника, с которой мы общаемся нехотя, так как друг друга недолюбливаем. Я был очень удивлён. Она сказала, что Эва очень расстроена моим поведением, что я мудак, раз заставляю такую девочку плакать, и что, если я в ближайшее время не появлюсь в поле видимости малышки и не сделаю Эве нормального предложения руки и сердца, то она вплотную займётся этой проблемой и найдёт моей девочке нормального парня, который будет понимать и высоко ценить те достоинства девушки, которые как-то странно игнорирую я.

Я улыбнулся. Впервые за две недели я почувствовал, что настроение моё улучшилось, и желание добиться цели стало ещё сильнее.

Попросив у Ники две недели для воплощения своей идеи, я вновь окунулся в работу.

Были моменты, когда я уже брался за телефон и почти набирал Эву. В последний момент понимал, что совершаю ошибку, и отключался. Нам нужно еще время, я это чувствую.

Приставил к ней человека, который присылал фото и видео, и я мог видеть улыбающуюся или грустную Эву.