Кстати, Платон и ко мне пытался лезть в трусы, но я его отшила. Так что, милая, мы с тобой одной крови, обе с рогами и мужьями козлами. Ничем ты не лучше. Приезжай ко …

Бросаю трубку, не дослушав до конца желчь, льющуюся из ее рта.

Мы не одной крови. И я не Оксана. Пошли они все к черту. Развод и точка. Терпеть вереницу давалок я не стану. А вот совет от Платона по поводу того, чтобы не общаться с Окс — теперь приму к сведению. Не подруга она, а сволочь.

Я просто хочу поговорить с мужем и разойтись. Тихо. Мирно. Без скандалов. Мы никогда не выясняли ничего бурно, не оскорбляли друг друга, и не опускались, как некоторые семейки, я не рвач, не стерва и не та, кто станет поливать супруга помоями даже напоследок. Да, Платон предал меня, сделал очень больно, но я способна помнить все то хорошее, что он давал мне годами, и безумно благодарна Плату за нашу дочь. Ради нее мы просто обязаны развестись как люди и сохранить нормальные человеческие отношения.

Глава 36. Платон

Настоящее

— Мам, я не хочу ничего обсуждать. Ты не любишь Злату и выслушивать злорадные фразочки вместе с упреками на манер «я тебя предупреждала» — не стану. Зачем ты приехала? — произношу взвинчено. — Голова и без тебя трещит.

— Не нервничай, сын, — проходит в дом, не дожидаясь позволения. — И будь более гостеприимен.

Говорить с ней хочется меньше всего. Вообще не понимаю откуда она осведомлена о событиях, происходящих в моей семье.

— Где Рита? Привезла ей куклу, — достает из пакета игрушку.

— В гостиной, — нехотя отвечаю.

Мама проходит и приветствует внучку, Марго подбегает и радостно ее обнимает.

— Какая красивая, — любуется куклой. — Спасибо, бабушка, — целует мать в щеку.

— Не за что, моя хорошая, — гладит дочку по волосам. — Не хочешь мультики посмотреть? Нам с твоим папой нужно поговорить, — мягко предлагает.

— Хочу, про принцесс, — тотчас соглашается Рита.

— Плат, пусть внучку присмотрят, есть разговор, — смотрит на меня серьезным взглядом.

Отвожу Маргариту к Леле и включаю ее любимый мультик. Она отвлекается на подарок и не замечает, как я покидаю комнату.

— Кто тебе рассказал? — сходу задаю вопрос, возвращаясь в гостиную.

— Мир полнится слухами, — отвечает Римма. — А если серьезно, Полина в гости приезжала, требовала деньги, объявила, что снова стану бабушкой. Активная прошмандовка, ничего не скажешь.

— Что? Да она совсем рехнулась. Надеюсь, ты в своем уме и не дала ей ни гроша. За что платить? — охуеваю от наглости няньки. Это же додуматься, пойти к моей матери!

— За молчание, пригрозила дать большое интервью СМИ, — поясняет Римма.

— Ты думаешь меня это волнует? Пусть катится и трещит всему миру, на фоне той херни, которая происходит в моей жизни, ее треп меньше всего парит. А что касается беременности — крайне сомневаюсь.