Клан Брюсов устраивал летние игры на противоположном от Эдинбурга берегу залива Ферт-оф-Форт. Погода стояла теплая и солнечная, и состязание собрало множество участников и зрителей.
— Мы тоже поедем, — решил Джеймс Лесли. — Ты уже успела повидать в Эдинбурге все самое интересное, дорогая Жасмин: и замок, и часовню блаженной королевы Маргарет, рынки и площадь, где моего отчима, Френсиса Стюарта-Хепберна, лорда Босуэла, объявили вне закона. Переплывем залив и полюбуемся на игры, а потом вернемся в Эдинбург, сложим вещи и отправимся домой.
— А Сен-Дени? — напомнила Жасмин.
— Сен-Дени на севере, гоняется за призраками, — уверенно заявил муж. — Нам нечего бояться, сердце мое. Что же до курьера, он скорее всего поедет прямиком в Гленкирк, узнав, что нас здесь нет.
Они переправились через залив вместе с дядей и теткой графа.
— Адам по-прежнему любит игры, — ворчала Фиона. — Именно он показал Джемми, как метать стволы. И представляешь, обычно выигрывает, несмотря на возраст! Но тебе понравятся игры. Они продолжаются четыре-пять дней.
Слуги переправились загодя, чтобы приготовить шатры, в которых обычно жили собравшиеся.
Слуги по желанию хозяина расстилали на ночь свои тюфяки либо в шатре, либо прямо на земле. Граф Гленкирк посчитал, что служанка жены может стать легкой добычей распутников и пьяниц, а потому приказал ей ночевать в шатре. Фергюс Мор и Рыжий Хью устроились у самого входа, чтобы охранять господ.
Жасмин в жизни не видела ничего подобного и проводила ночи в шатре, лишь добираясь до порта Камбей из отцовского дворца.


















Комментарии
Добавить комментарий