Нет, долго здесь ехать не смогу, с непривычки быстро устану, да и попа болеть будет. Всё же никаких мягких подушечек не было, голая доска.

— Готова? — спросил Васил, садясь рядом и беря поводья в руки. Дождавшись моего кивка, он громко свистнул. Лошадь тут же отреагировала на команду, медленно двинувшись. Но стоило нам выехать за пределы деревни, Васил свистнул ещё раз, и лошадь пустилась трусцой.

— Можно спросить? — решилась я.

— А откуда у вас детские вещи? Простите, если вопрос вам неприятен.

— Неприятен? — мужчина усмехнулся. — Да нет, всё нормально. Это жена собирала вещи внуку. Передать, правда, не успела.

— Что случилось? — тихо спросила я, глядя на грустного мужчину.

— Умерла, сгорела от лихорадки.

— А почему вы не передали? — не поняла я логики. — Ребёнок родился? Всё хорошо?

— С внуком-то? Да что ему будет! — усмехнулся Васил, а после минутной паузы продолжил. — Ладно, расскажу. Мы с женой с самой юности вместе. Сначала просто дружили, как и наши родители, потом женились. Правда, долго не получалось у жены забеременеть. Потом родилась Миларка, единственная дочка. Выросла красивая, женихи наперебой руки просили, так нет же, влюбилась в приезжего мага. Да и сбежала с ним. Дурёха! Потом приезжали, благословения просили, да я не дал. Без согласия родительского укатила греховодить! А им, как оказалось, и не нужно было наше дозволение. Женились в городе, Миларка забеременела. Жена ездила к ним несколько раз, но я сразу сказал, не приму мага в семье и брак их не приму. Дочь в меня вся характером, тоже упёртая. Нет бы приехать, прощения попросить, домой вернуться. Так и не виделись больше с ней.

Васил замолчал, а я сидела в полнейшем шоке. Мужчина принял меня с ребёнком, рождённым вне брака, а дочь собственную до сих пор не простил!

— А Милара счастлива? — спросила я, едва не сорвавшись на мат.

— Жена говорила, что да. Говорила, смотрю на Милку и нас вспоминаю.

— Посмотрите на меня, — тихо попросила я, серьёзно глядя на мужчину. — В телеге спит малыш, рождённый вне брака. Я теперь навсегда с клеймом падшей, хоть и не хотела этого. И даже обратиться не к кому. А теперь представьте, что такая же судьба была бы у вашей дочери? Представьте хоть на секунду, что её обесчестили без её на то согласия, что родила она у повитухи деревенской, а потом мучилась из-за косых взглядов и насмешек. Всю жизнь. Ваша дочь любит своего мага, а маг любит её. У Милары есть ребёнок, есть семья, она защищена. И её семья – единственное, что у вас осталось. Знаете, что самое важное в жизни?

— Что? — глухо спросил Васил, не глядя на меня.

— Поддержка семьи. Когда теряешь родных, это особенно чувствуется, — уверенно сказала я, а затем тихо добавила: — Не позволяйте своей гордости делать вас несчастным. Не отбирайте у себя время.