И как кто ты просишь себе Сирру – как подданный и родич Аль-Ахалиля? Или как подданный короля Годфруа?

- Как подданный и родич Аль-Ахалиля, если помянутый Аль-Ахалиль согласится признать меня… родичем и подданным.

- А что ты сделаешь с людьми Аль-Масуда, которые там уже прижились за последние годы?

- Пусть живут, только под моей властью, - Змей стоял смирно, уважительно наклонив голову в сторону обоих властителей.

- Если Барбара… графиня Ливарио не возражает, то и мне не след, - сказал король.

- Раз родич сам пришёл с повинной головой, то такую голову, говорят, и меч не сечёт, - кивал эмир.

- Тогда и мне возражать не след, - согласилась я.

- А что у нас с Аль-Масудом? – меня весьма интересовал ещё и этот вопрос.

- Казнить, что там, - эмир даже бровью не повёл.

- Казнить, но не забыть рассказать о его деяниях, - согласился король.

Меня это полностью устраивало. Ибо нечего. Наверное, это будет считаться местью за графа?

- Ну а теперь, когда мы выяснили насущное и раскрыли тайны, расскажите мне, если знаете – где та самая Зубейда? – король внимательно оглядел нас всех.

Эмир развел руками – он-то знать не знал ни о какой Зубейде.

- Она была среди наложниц, которых подарили в день коронации, - пояснила я. – И потом ещё шпионила для, очевидно, вашего мага-предателя.

Я рассказала об эпизоде в архиве и о нападении после того.

- Аль-Махран хотел, чтобы Устикой правил мой средний сын, - сказал эмир. – Он сам сказал, что искал договор, заключённый между мною и королём Руджеро, и вероятно, та женщина помогала ему. Ещё он, как я понял, имел право приказывать кому-то из окружения вашей королевы и попробовал поднять смуту во дворце, пока наш юный друг сидел под моими воротами.

Но какие-то из местных сил ему этого не позволили.

Мы с Лео переглянулись – что, граф дель Васто, да?

Дальше Лео рассказал о графе и том, что с ним вышло. Ничего так заговор, хороший, качественный. И что, творца этого заговора до сих пор земля носит?

Я не удержалась и спросила.

- Пока носит, - ответил эмир. – Но уже недолго. И наверное, одна из его лучших помощниц – при нём.

Годфруа заскрежетал зубами.

- Госпожа, госпожа! – закричали из большого зала. – Тут неладно!

Да что ж такое-то? Я поднялась с бортика фонтана и вышла.

Мальчишка Маркус стоял и тяжело дышал – видимо, бежал издалека. Следом спешил рыцарь Боэмунд.

- Госпожа, пленный нечестивец Аль-Масуд обманул стражу и бежал.

23. Белые чайки и чёрные ласточки

Уж конечно, все мы пошли посмотреть – как так вышло, что главный и самый нужный из здешних пленников сбежал. Посмотреть и без того было, на что, потому что в том месте, где ещё ночью располагалась вражеская армия, теперь выросли белые шатры королевского войска.