Вскоре становится известно, что Поле нужно еще одно лекарство, даже дороже первого. И тут – ну надо же! – добрый фонд вновь соглашается помочь. Правда, деньги пока не переводит, но твердо обещает перечислить, как сообщает жене Илья. И вот интересный штрих. В один из тех дней Татьяна решила посмотреть программу Стефании, а я в тот момент находился в комнате вместе с родственниками. Жена Ильи включила телевизор, на экране появилось изображение весело щебечущей Гусевой. Я воскликнул:

– Тефи? Понятия не имел, что она еще и телеведущая.

– Ты ее знаешь? – обрадовалась Таня. – Ванечка, познакомь нас! Я восхищаюсь Стефанией Теодоровной, обожаю ее!

И вдруг Илья, до сих пор ни разу при мне не повысивший на супругу голос, вышел из себя и приказал ей немедленно перестать пялиться в экран. Он обвинил ее в лени, неумении вести домашнее хозяйство, выключил телевизор и ушел из комнаты. Я решил, что у кузена просто сдали нервы от переживаний за дочь. Но сейчас могу трактовать произошедшее иначе: он испугался, вдруг я действительно сведу его жену с объектом шантажа…

Я изложил все эти соображения Воронову и добавил:

– Да, Тефи ошиблась, вовсе не я хотел запустить руку в ее карман. Но если убийца, по твоим словам, не Игорь, то кто? Почему Гусева ему помогала? Маньяк знал какие-то ее грязные тайны?

– Нет, Ваня, – мрачно ответил Макс, – жизнь Стефании Теодоровны чиста. Она родом из очень бедной семьи, обучилась профессии портнихи, была счастлива, что ее за талантливые руки взяли в ателье, где обслуживалась элита. Швея старалась угодить клиентам, очень боялась потерять место. Богатые дамы часто обижали ее, но было одно исключение – Елизавета Георгиевна Гусева. Когда та приглашала к себе Стефанию для заказа очередного платья, портниха никогда не чувствовала себя прислугой, с ней обращались как с дорогой гостьей. Молодая женщина от всей души полюбила Гусеву, а той очень нравилась веселая, работящая, хорошо воспитанная, всегда позитивно настроенная Тефи. После того как от Константина Петровича сбежала жена Лариса, мать изо всех сил постаралась обратить внимание сына на портниху. Он завязал со Стефанией отношения, но руку и сердце предложил любовнице лишь после побега дочери, оставившей сыновей-близнецов своему отцу. И подтолкнула Костю к решительному шагу мать, сказав: «Имей в виду, я не приму в доме никакую невестку, кроме Тефи». Константин Петрович рассказал об этом разговоре жене на первую годовщину свадьбы и прибавил: «Мама, как всегда, оказалась права. Ты лучше всех». Стефания разрыдалась от счастья. Благодаря Елизавете Георгиевне она, бедная, никому не нужная швея, обрела семью, вошла любимой невесткой в богатый дом, ощутила защищенность, уверенность в будущем, уважение людей.