Шпионаж, отыскание новых резидентов, вскрытие разведывательной сети не значились в командировочном предписании сыщика. Директор департамента уже телеграфировал Галкину: нужен ли тому питерский гость? Генерал ответил, что, по его сведениям, Лыков заканчивает здесь свои подвиги. И начальник области не видит препятствий к его возвращению в столицу.

Пора было уезжать. Папаше очень не хотелось расставаться с сыном. Впервые они сделали что-то вместе. Впервые Чунеев бок о бок с ним шел на опасное дело, как взрослый и как офицер. Алексей Николаевич не удержался и завел серьезный разговор:

— Что ты делаешь в этой дыре? Твой брат тоже разведчик и тоже занят сверх меры.

Противники у Брюшкина не хуже твоих — германцы с австрийцами. Зато мы хотя бы иногда можем с ним видеться. А когда я в следующий раз увижу тебя?

— Будущим летом. Я приеду в отпуск.

— Целый год мне этого ждать?

— Папа, я на службе. Странно слышать такие слова от тебя, который всегда ставил службу выше остального.

— Это я сдуру, пока был молодой, — с горечью сказал отец. — Сейчас как вспомню, сколько всего упустил, впору волосы рвать на лысине.

И с твоей мамой мало времени провел вместе. И ваше детство мимо пролетело, с этими бесчисленными командировками. Не повторяй моих ошибок, живи для себя и близких, а не ради долга.

Николай пытался отшутиться:

— Я пока не женат, детей у меня нет. Можно и послужить.

— Да уж! — взвился Алексей Николаевич. — Сам поднял больной вопрос. Кого ты найдешь в этой дикой степи? На туземке женишься? Вот спасибо!

— Среди казашек есть очень хорошенькие.

— Если серьезно, папа, то в Верном живет одна барышня, к которой я рано или поздно посватаюсь.

Ее зовут Анастасия, Настя.

— Кто она? — накинулся на сына с расспросами папаша.

— Из военной семьи. Ты же знаешь, что среди русских военных есть очень достойные люди. Таков и ее отец, полковник. Он начальник уезда и тоже весь в службе…

— Приедешь в отпуск, привези их с собой, — попросил Лыков.

— Если к тому времени созрею для предложения.

— Что же мешает? Брюшкин уже помолвлен, я надеюсь на внуков в ближайшем будущем. А ты тянешь. Ведь старею, Николка, хочется малышню понянчить…

Сын уклонился от ответа и заговорил о другом:

— Никуда я, папа, отсюда не уеду.

Я имею в виду Азию, Восток. К черту германцев, хватит с них одного Павлуки. Здесь мое место. Восток — это другой уклад, совсем не похожий на европейский. Все не так! Вот, к примеру. Мы, христиане, постоянно обращаемся к Богу с просьбами, наши молитвы — одни сплошные просьбы. А мусульман это удивляет. Они говорят: даже неразумный младенец не поступает так по отношению к матери, а вы? Бога можно только славить, но не клянчить у него.