– Есть захват, пеленг: два, дистанция сто девять четыре. Пуск! Ракета пошла. Внешняя подсветка. Цель два, пуск!

Адмирал Маккейн выскочил на крыло боевой рубки и увидел, что запускают русские: из-за грот-мачты взметнулось пламя, и в сторону гор потянулся яркий огонь, резко оборвавшийся через несколько секунд, стартовый ускоритель упал в бухту Вильфранш. Пошла четвертая ракета и доклад, что цель один уничтожена.

– Цель два, снижается с отворотом, ставит помехи. В районе цели появилась наша авиация.

– Ракеты на подрыв! Связь с летунами! – скомандовал Кузнецов.

 – Орлы, сажайте его, уводите в сторону и сажайте в Каннах. Как поняли, прием!

– «Фоккер» видим, не уйдет. Два на земле, горят.

– Понял. Зафиксируйте место и передайте по своим каналам. Извините, господа, не переводили. Нас предупреждали, что готовится какая-то провокация. Не всем нравится встреча в верхах. Еще раз извините, но мы вынуждены прервать вашу экскурсию. Прошу всех следовать за мной.

На палубе американцам пришлось еще раз удивиться: к борту на малой высоте подходил небольшой геликоптер с двумя винтами прямо над кабиной и двумя поплавками под ней.

Ка-10, а его место по боевой тревоге находилось в воздухе, возвращался после выполнения боевой задачи по внешнему целеуказанию. Несмотря на «легкомысленный вид», задачи он решал вполне серьезные и ответственные. Он сел на корме, ему сложили лопасти, и восемь матросов занесли его в ангар.

– Что скажете, господа? – Старк немедленно собрал всех участников в конференц-зале авианосца.

– Очень странный корабль, он как бы состоит из нескольких разных частей, – первым сказал инженер электромеханик «Эссекса» лейтенант-коммандер Кларк.

 – Я насчитал четыре разных силовых линии. Одна из них – постоянного тока. Очень устаревшая. Вообще, впечатление такое, что они не знают слов «дизайн» и «интерьер». Но это не касается того отсека, который нам показали только мельком. В нем расположен пункт управления силовой установкой. Он как бы отдельно, полностью выпадает из конструкции.

– Сами реакторы видели?

– Нет, видели костюм, в котором туда ходят. Как нам объяснили, там ни одного человека нет, один раз за вахту туда заходят двое моряков для контроля обстановки на периметре отсека.

Сами котлы закрыты «биологической защитой». Имеется два поста управления двумя реакторами, каждый из которых контролирует оба котла. Они находятся в главном броневом контуре, как сказали: в наименее поражаемой части корабля.

– Очень высокое давление пара, на манометрах критическая отметка стоит на 72, в пересчете – 1024 фунта на дюйм. Машинное отделение очень компактное. Судя по лейблам, турбины сделаны в СССР. Но на двух – швейцарская марка, скорее всего, копии.