Выдохнув, я смирилась с тем, что у моего унижения будут свидетели.

— Что у нас тут? — Валенсо поднял сброшенное одеяло и пристроил его на кресло. Подошел к кровати и взглянул на мое увечье. Недовольно цокнул.

— Рассказывай, Талья, что и как было?

— Да что говорить, уважаемый? Лера при падении использовала магию, — сбивчиво начала было сестрица.

— Воздух? — тут же перебил ее пожилой мужчина.

— Да, — она закивала, — все полагали — она выгорела, но по крупицам дар возвращается. Когда ее принесли, состояние было тяжелым. Ребра, рука, волосы — все в крови, но больше всего пострадали ноги.

Думали, что не выживет. Но...

— Но вмешались вы, — нетерпеливо вставил свое слово мужчина.

— Ну да. Я и мама. Тяжело было первый месяц. А потом как-то подживать начало. Мой дар помогал. Все удалось срастить, кроме ноги. Там сместились кость и само колено.

— Да, да, вижу, — мурча под нос, целитель ощупывал мою ногу от бедра до стопы. Качал головой, хмурился.

— Долго лежала не вставая?

— Долго, — медленно кивнула сестрица, — почти десять лет из комнаты ни ногой. Сначала мы стул на колесиках сделали. Но она с него упала несколько раз.

Убрали. Потом костыли. С ними она на балкон выходить смогла. Потом трость...

— Да, нехорошо. Однозначно придется сращивать кость вновь, — целитель оставил мою искалеченную ногу в покое и взглянул на вторую. — Такой кошмар! Безалаберность! Наплевательское отношение к близкому. К больному. Но все поправимо. Что же раньше никто вами не занялся, лера?

Я смолчала. А что мне было говорить?!

— Покойный лерд, после того как Алисию нашли и осмотрели, сказал, что если выживет — отселить, — затараторила Талья. — А лекарь нужен был ему. В тот день он отбывал к южным границам наших земель.

Вернулись они только через несколько месяцев. Но лечить леру никто не стал. Всё, что я могла, делала. Мама отвары и вытяжки из трав готовила. Но всего этого так мало... — она словно извинялась.

— Нет, девочка, — возразил мужчина, — для необученного лекаря ты очень даже хороша. Пожалуй, возьму тебя в ученицы. Толк с тебя будет хороший. А что касается вас, лера Алисия, всё поправимо. Забегаете вы у меня, но придется потерпеть. Не сразу, со временем.

Я взглянула на Талью, а у самой слёзы на глаза наворачивались. Только гордость не позволяла позорно разрыдаться от счастья.

Забегаю!

Сама!

Без трости!

Моя сестрица, хлюпая носом, не удержалась и обняла пожилого целителя.

— Ну вот, а ты ворчала, — шёпот у самого уха заставил меня вздрогнуть. Виска коснулось горячее дыхание.

Глубоко вздохнув, я подавила эмоции. Рука генерала опустилась на мое плечо и чуть сжала.

— Спасибо, Валенсо, — Орм и вовсе присел рядом со мной, наплевав на все приличия, — можешь располагаться в замке и занимать любые покои.

— О! — Талья хлопнула в ладоши.