Он видел его насквозь, я же все это время оставалась слепа. В этот момент я ощутила себя такой одинокой. Такой слабой. Обида душила, мешая дышать.

— Меня не устраивает ответ лерда Критеса, Алисия, — Орм мягко улыбнулся. — К тому же я считаю его крайне оскорбительным. И спускать такое, наверное, не стоит. А вы как думаете?"

"А что я думала? Все, что я хотела сейчас — взять свою трость и уйти из этой комнаты. Спрятаться за большую кадку на балконе и просто разреветься.

Блаженная.

Убогая.

Прятали они меня.

Как это унизительно. Как несправедливо.

Вот за что? Что я им сделала?

— Алисия? — Орм подался вперед.

— Я, генерал, считаю оскорбительным прилюдно лезть мне в душу и вытряхивать её содержимое на стол. Я не могу вам ответить, то что я нахожу в том ущелье — это только мое. Моя память. И вы не находите, что во время ужина как-то больше принято обсуждать погоду?

— Ночью будет дождь, утром заморозки, — дракон пожал мощными плечами. — Но что же ты делала на том бревне?

— Заморозки? — уцепилась я за это слово. — Надеюсь, вы сможете обеспечить нас теплом, генерал?

— Замерзнуть я тебе не дам. Зачем ты ходила к этому ущелью, Алисия? Люди говорят, что ты упала не просто с обрыва, а с того самого поваленного дуба.

Зачем же так рискуешь теперь?

— Конечно, она упала с него, — фыркнула Юола. — Она всю ночь там пролежала. Нашли только под утро. Потом столько слухов ходило, генерал. Позорных домыслов. Что могла делать лера глубоким вечером в ущелье? Совсем одна!

— Всю ночь? — Орм размял шею и сжал в кулаке салфетку.

— Я думаю, никому не интересно, что я там делала, — я взглянула на близняшек, жирно намекая, что им стоит прикусить свои сдвоенные языки.

Критес же сидел с видом хозяина.

Упивался моей беспомощностью. И я еще пыталась защитить его. Просила сестру излечить его раны. Помогла подняться на крыльце, терпя боль.

И ради чего?

Ради кого?

Да он не стоил этого.

Не стоил!

— Генералы, а может, вы расскажете о своих подвигах в битвах? — пришла мне на помощь Талья, уводя разговор в сторону. — Уверена, у вас их было немало.

Стейн как-то печально усмехнулся, легко разгадав её маневр.

— Ой, а я бы наконец узнала, что делала сестрица ночью за стенами замка, — прошипела Сафира. — Говорят, на свидание бегала.

— Мне было восемь лет, — процедила я сквозь зубы.

— Так рано пала, — она сделала большие глаза.

Гадюка!

Втянув через ноздри воздух, я умоляла себя успокоиться.

— И правда, может, наша благовоспитанная лера наконец раскроет тайну? — оскалилась Юола.

— Хватит! — рявкнул Орм.

— Разве вам не интересно? — Сафира кокетливо похлопала ресничками.

Огненного дракона перекосило от гнева.

— Я сказал — хватит! Всем есть! — это было сказано таким голосом, что даже я взяла ложку.

Но...

Но поняла, что устала скрывать свои чувства. Устала таиться.