И да, в шестнадцать он действительно мечтал заделаться исследователем других земель, великим магом, одной левой решающим проблемы какого-нибудь сирого и убогого мира. Скромной должности местного божества и гарема из сотни девиц (от которого он, конечно, демонстративно отказался бы на глазах у Оли из "Б" класса) ему было более чем достаточно, спасибо. Великие люди должны быть скромными!

Ну, и все в таком вот духе.

Это время, слава всем пасхальным яйцам, прошло вместе с прыщами. И туда им всем дорога.

Игорь не испытывал и тени ностальгии по минувшему, потому что от хорошей жизни в другой мир сбежать не хотят. Но… какой может быть жизнь у тощего подростка из интеллигентной семьи, увлечённого наукой, в центральной школе одного из самых неблагополучных районов? Как говорится, несложно угадать с одного раза.

Усугублялось положение дурацкой фамилией, ослиным упрямством и недюжинным умом, помноженным, к сожалению, на юношеский максимализм. Ну и куда же без последнего гвоздя в крышку его метафорического гроба — он был без памяти влюблён в самую популярную девочку. Чем не идеальный рецепт для неудачных школьных лет?

Нет, его первая любовь была потрясающей девушкой. Даже сейчас, спустя годы, он не мог сказать о ней ни одного плохого слова (хотя тут, наверно, играло роль и то, что он не был склонен отзываться в дурном ключе о женщинах в целом). Тем не менее, Оля тогда казалась идеалом — неглупая спортивная блондинка с характером боевым и деятельным. За ней всюду следовала стайка подружек-подпевал, она танцевала на школьных праздниках впереди всех, её стол был вечно завален записочками и шоколадками… И, что совсем неудивительно для юных особ такого склада, она была влюблена в самого популярного мальчика школы. Тот был пацаном настолько чётким, что по шкале чёткости его можно было определять в палату мер и весов; пафосные высказывания, высокомерная рожа, стая подпевал и кулаки, которые он не стеснялся пускать в ход, шли приложением.

Игорю очень часто доводилось становиться жертвой этих самых кулаков. По сути, это тоже было закономерно: он не затыкался, когда следовало бы, не жаловался, что бы ни было, лез защищать слабых, когда другие отворачивались, и дарил подарки Оле, несмотря на все обещания переломать кости.

Последнее было бессмысленно, впрочем. Оля вспоминала о его существовании только тогда, когда ей нужно было сделать домашку по физике — ну, или поплакаться кому-нибудь в жилетку. На выпускном она, показательно поведав Игорю о своих глубоких дружеских чувствах, похвасталась обручальным кольцом — великая любовь собиралась перетечь в не менее великую свадьбу по залёту.

Игорь пожелал ей счастья. И уехал так далеко, как только мог.