Бюрократия просто создана для того, чтобы портить людям жизнь. Да и покрытие расходов там оказалось не такое уж и большое — слишком ветхим было здание до нападения наемников Хасановичей.

— Как раз посмотрите, как я буду его подготавливать, — продолжил я. — И заодно послушаете теорию, как работают артефакты в принципе. А возможно, попробуете сами создать что-нибудь. Некоторые изделия не требуют большого количества ингредиентов, так что я захвачу с собой немного.

Глаза Антонины Владиславовны загорелись энтузиазмом.

— Но сразу предупреждаю, на многое не рассчитывайте, — предупредил я. — С первого раза получается далеко не у всех. Я бы даже сказал, ни у кого, но единицы на такое способны.

Уже провожая Жданову до двери, я подумал, что если она уволится из Службы Имперской Безопасности, возможно, у меня появится человек, который смог бы управлять моей лавкой артефактов.

В Антонине Владиславовне я хотя бы относительно могу быть уверен. А кроме того, когда она закончит свое обучение, младший лейтенант будет весьма неплохой чародейкой. По крайней мере, этого будет достаточно, чтобы разбираться в том, чего именно хотят клиенты и как этого достичь.

Завтра посмотрим. А пока что есть дело, которое не следует откладывать дальше.

Вытащив телефон из кармана, я нашел в списке контактов номер помощницы великого князя и нажал на вызов.

— Здравствуйте, Иван Владимирович, — произнесла она. — Чем могу помочь?

— Добрый вечер, Екатерина. Мне только что сообщили, что полигон, который его высочество выделил для моих практических занятий, оказался занят другим преподавателем, — ответил я. — Хочу прояснить, почему меня об этом никто не предупредил.

— Минутку, Иван Владимирович, я уточню.

Судя по звуку, девушка накрыла трубку ладонью и сообщила о теме нашего разговора Александру Александровичу. Даже сквозь пальцы, закрывающие микрофон телефона, я услышал гневный рык брата императора.

Так, кажется, намечается очередное веселье в Службе Имперской Безопасности.

— Что же, господа, пора признать, что пока что все наши успехи можно охарактеризовать, как провалы, — произнес мужчина в костюме без герба, стряхивая пепел с сигары. — Сколько попыток уже предпринято, а все остается на своих местах. И только количество наших сторонников стремительно уменьшается.

Договорив, он затянулся и выпустил наружу струю дыма. Недовольные собеседники из-за одинакового выражения раздражения на лицах могли бы сойти за братьев. Настолько хмурые брови и морщины от прищуренных в гневе глаз их роднили.

— Хотелось бы понять, почему так происходит, — вставил второй мужчина, стоящий у камина с бокалом в руке. — Как вы все знаете, средства уходят. Каждая попытка обходится нам не только людьми, но и деньгами.