Даже трость свою он просто прихватил для создания образа, а не из нужды опираться на нее от усталости.

Мне открыли дверь, и хозяин особняка сделал шаг ко мне. На его лице появилась вежливая улыбка.

— Спасибо, что так быстро откликнулись, Иван Владимирович, — произнес Солнцев, чуть наклонив голову. — Прошу, следуйте за мной.

Охрана оставила машину и разбрелась по своим делам. А мы с Венедиктом Кирилловичем поднялись на лифте в особняк, и глава рода уверенной походкой повел меня на хозяйскую сторону дома.

— Я много думал после вчерашнего нападения на Виталия Геннадьевича, — заговорил старший Солнцев, двигаясь по коридору. — И пришел к выводу, что нужно внука приставить к делу. Договорился с Михаилом Завьяловым, чтобы Виталий отправился в Китай. И мне нужно было подумать о новом наследнике.

В этот момент я напрягся, хотя и не подал вида. Становиться Солнцевым я как не хотел, так и желания не приобрел.

— Пришлось сидеть допоздна, — тем временем продолжил Венедикт Кириллович. — А как только я лег, укрылся и приготовился ко сну, в мои покои вошел Виталий Геннадьевич.

Он открыл дверь и пропустил меня вперед. Я прошел через кабинет-гостиную и замер на пороге следующего помещения.

Виталий Геннадьевич лежал на полу спальни. Под ним натекла лужа крови, лицо застыло в испуге. Кровавое пятно на груди однозначно указывало, что выжить у наследника Солнцевых шансов не было.

— Он попытался меня убить, Иван Владимирович, — произнес Венедикт Кириллович, вставая рядом со мной. — Хотел задушить подушкой во сне. Дурак не знал, что я всегда сплю с оружием.

Глава рода обошел тело внука и откинул свою подушку в сторону. Под ней обнаружился мощный револьвер с укороченным дулом. Обернувшись ко мне, Венедикт Кириллович заговорил:

— Ситуация, возможно, кажется неприглядной, Иван Владимирович, — произнес он, не сводя с меня взгляда. — Однако вы должны понимать, что прежде чем сообщать о смерти наследника, я должен убедиться, что это нападение было его собственным решением. И не окажется так, что какой-нибудь очередной Геннадий его подговорил совершить убийство собственного деда, который дал Виталию все, что было в его никчемной жизни.

Я еще раз взглянул на тело.

— Вы хотите, чтобы я поднял труп? — уточнил я. — В таком случае Служба Имперской Безопасности сможет определить, что заклинание накладывали на мертвеца.

— Служба Имперской Безопасности не станет сюда соваться без приглашения, Иван Владимирович, — покачал головой Венедикт Кириллович. — Никто не расследует самоубийство, если их об этом не просят.

— А что вы скажете Алле Венедиктовне?

— Правду. Что ее сын искал смерти и нашел ее, — не моргнув глазом, ответил тот. — Так вы мне поможете, Иван Владимирович?

Технически я действительно мог это сделать.