Раз можно совершенствовать заклинания, изобретать новые и комбинировать старые, то, возможно, составы снадобий время от времени тоже претерпевают изменения? Так сказать, улучшаются?

Или тот, кто записывал рецепты, просто ошибся, перепутав с соседним снадобьем?

«Но всё равно я зря поторопилась, - промелькнуло в Юлиной голове. – Не надо было выпивать зелье залпом, надо было потянуть. Мне по-прежнему «везёт, как утопленнику»… Ну что ж, провернуть фарш обратно не получится, остаётся подождать: так или иначе скоро всё разрешится».

Между тем миледи начала проговаривать свою часть формулы отсекающего заклинания, и магия пришла в движение.

Юля напряглась, прислушиваясь к себе – сила бурлила, устремляясь по связующей нити к его светлости. Но сколько магии ни перетекало, меньше её не становилось – словно где-то внутри организма девушки заработал волшебный горшочек. Только он не кашу варил, а создавал, производил, генерировал магию. В промышленных масштабах.

В принципе, так всегда и было, просто на этот раз её организм разошёлся не на шутку.

«Ещё чуть-чуть, и сила у меня из ушей потечёт! - в панике подумала Юля. – Горшочек, пожалуйста, больше не вари, нам с его лордством столько не усвоить!»

К счастью, магия послушалась, перестав изображать из себя извергающийся вулкан.

Но только графиня мысленно выдохнула, как несостоявшаяся свекровь договорила до конца и щедрой рукой влила в заклинание уже свою силу.

И мир тотчас завертелся вокруг, словно Юля сидела на карусели.

- Не придуривайся, - донёсся до неё голос герцогини, - всё закончилось и ты даже не стала бездарью. Не надо мне тут изображать обмороки, я всё равно не поверю. Наконец-то ты больше не сможешь отравлять жизнь моему сыну! А сейчас я тебя…

Вместе с голосом пропало зрение и все остальные чувства.

Юля будто бы зависла в невесомости или в вакууме.

Один удар сердца. Два. Десять.

Её снова закрутило, а потом куда-то бросило.

И все чувства вернулись.

В первое мгновение она не поняла, что за звуки вокруг: кто-то плачет, вдалеке что-то позвякивает, скрип, чей-то храп.

А запахи? Пахло иначе, чем в комнате для упражнений, и иначе, чем в особняке или домике веды. Да вообще воздух был другой! Но пахло чем-то знакомым… Чем-то…

Юля распахнула глаза и обнаружила, что полусидит в кровати, опираясь спиной на подушку.

«Мне стало плохо, я потеряла сознание, и меня отнесли в постель? Но почему кровать такая узкая, матрас тонкий и подушка явно одна? Великий, где я?»

Взгляд переместился вправо…

«Боже, это же больничная палата! На…, - Юля пересчитала глазами кровати, - пять человек. Вот откуда запах хлорки!»

- Обедать идёшь или у тебя опять постный день? – раздался голос справа.

Юля повернулась и увидела женщину средних лет, в накинутом поверх сорочки байковом халате.