Полина отметила, что чувствует малейшие оттенки запахов, несмотря на то, что повсюду пахло застоявшимися воздухом и пылью. Она ощутила присутствие сладковатого компонента, от которого ее чуть не стошнило.

Сергей Дуло осветил прямоугольное углубление, напоминавшее дверной проем. Поровнявшись с ним, Полина увидела железную дверь, покрытую ржавыми «лишаями» пятен.

– Эта дверь вела в подклети монастырских построек.

В свете лампы было видно, что каменный свод над железной дверью придавил притолоку. Ясно было, что, открыв дверь, они, вероятнее всего, будут похоронены под рухнувшим сводом.

– Здесь внутренний замок. Подержите-ка… – Дуло протянул ей фонарь и, покопавшись в кармане, достал перочинный нож.

– Не делайте этого! – предостерегла его Полина.

– Спокойно, – сказал Дуло.

Отыскав нужное приспособление, он сунул его в замочную скважину и начал вращать. После нескольких безуспешных попыток оставил это занятие и вдруг спросил:

– Вам не кажется, что пахнет машинным маслом? А ну-ка, посветите сюда…

Полина поднесла фонарь к петлям. На них явственно проступали свежие маслянистые пятна.

– Их недавно смазывали, – Дуло взялся за дверную ручку и рванул на себя дверь.

Та со скрежетом сдвинулась и медленно подалась.

Полина зажмурилась и втянула голову, ожидая обрушения потолка. В лицо пахнуло затхлостью и тленом, по спине пробежал холодок. Пересилив страх, она открыла глаза. За дверью была небольшая комната.

Сергей Дуло забрал фонарь и стал обходить помещение. Полина повсюду следовала за ним. Свет выхватывал то один, то другой фрагмент серых известняковых стен.

Неожиданно Дуло издал негромкий возглас и остановился как вкопанный.

– Что? – испуганно спросила Полина и замерла, потрясенная тем, что открылось ее взгляду.

Потом прикрыла рукой рот, чтобы не закричать от ужаса. Хотелось бежать, да только ноги ее не слушались. Она продолжала стоять на месте, распахнув наполнившиеся слезами глаза…

В высокой вертикальной нише стоял почерневший от времени деревянный крест. На нем, раскинув руки, висела распятая мумия. Полуистлевший балахон прикрывал плоское тело и ноги. На черепе, обтянутом коричневой кожей, – черные провалы глазниц и клочки длинных волос. На шее – ржавая скоба, на запястьях – железные гвозди.

Рядом с этой была еще одна ниша, в ней – массивный сосновый крест, который еще не успел потемнеть. На нем виднелись бурые потеки и пятна. Из окончаний перекрестий торчали гвозди. Приторный запах, который Полина почувствовала еще в тоннеле, указывал на то, что дерево пропитано кровью.

– Все случилось именно здесь, – тихо сказал Дуло.

Он посветил вокруг себя.

– Смотрите! – вскрикнула Полина.

– Что? – рванулся к ней Сергей.

– Здесь что-то написано. По-моему, это буква «А».