На стороне Америки выступит вся Европа, а заодно и Россия. С другой стороны образуется мощная коалиция, состоящая из поборников ислама. Мир разделится по признаку веры пополам. А это уже и есть мировая война, та самая «война креста с полумесяцем», о которой все время говорит Нострадамус в своих «Центуриях».

Могу еще упомянуть о практических выводах, которые сделал один немецкий ученый, начитавшись катренов. Он советует всем заранее планировать свое будущее, потому что после две тысячи пятнадцатого года уже невозможно будет воспользоваться социальным страхованием, пенсией по старости или рентой.

– Почему? – удивилась Полина.

– Потому что после грядущей катастрофы банковский счет перестанет существовать, а социальная структура не сможет функционировать без людей, которые бы ее поддерживали.

– Куда же денутся люди?

– Не догадываетесь? Хорошо, я объясню. Нострадамус дает подсказку в том же письме к своему сыну Цезарю. В порыве отцовского откровения у него вырываются небольшие фрагменты тайного знания, как бы он ни хотел предать его забвению. Нострадамус предсказывает, что грянет вселенский переворот, но прежде мир пострадает от потопов и войн.

И это будет длиться до тех пор, пока не погибнет все. С неба будет падать огонь и горящие камни в таком количестве, что нельзя будет оставаться на одном месте. Он пишет: «Ныне же, сын мой, расчеты, вдохновленные божественным озарением, указывают на то, что меч смерти уже приближается к нам в виде мирового поветрия войны, самой ужасной из всех на протяжении поколений…»

Думаю, что люди, обладающие политической и финансовой властью, дорого заплатили бы за то, чтобы получить подробное предсказание грядущих событий.

Никогда нельзя быть уверенным, что все пойдет по заранее выверенному сценарию. Ведь в конечном итоге речь идет о том, как в постоянно меняющемся мире сохранять и преумножать колоссальные материальные блага и власть.

Бекешев снял очки и посмотрел сначала на Дуло, потом на Полину.

– Не слишком-то утешительная перспектива, не правда ли? Невольно проникаешься мудростью Спасителя, который сказал: «Не ваше дело знать времена и сроки». Напрашивается вопрос: если грянет всемирный конфликт или, не дай бог, Третья мировая, что будет потом? Что нас ждет – конец света или пресловутый золотой век? – Дмитрий Андреевич вздохнул.

 – Ответа пока нет. Остается только догадываться, что же там, последнем предсказании великого Нострадамуса.

Полина ворочалась в постели, балансируя между сном и явью. Печальные воспоминания нахлынули на нее, когда и без того было тяжко.

Она и теперь помнила Михаила, хотя понимала, что никогда не любила его по-настоящему.