Предварительный план войны ничего такого не подразумевал, на самом деле греки должны были наступать западнее Олимпа в направлении Эпира. Такие изменения возникли под влиянием на греческую тактику и стратегию премьер-министра Георгиоса Феотокиса. Как и предвиделось в самом начале, греки решили стащить чужой кусок, лежащий с края стола, и двумя руками затолкать его себе в рот в надежде, что оттуда его уже никто не вырвет. Сопротивление греческим войскам оказывать было практически некому, поскольку все турецкие части находились на болгарском фронте, – поэтому восьмидесятитысячная армия под командованием наследного принца Константина бодро продвигалась вперед.

Еще поговаривали о взятках, которые от некоторых греческих бизнесменов якобы получил командующий турецкими силами в Салониках Хасан Тахсин-паша, но это дело для Османской империи обычное. Без взятки там нельзя совершить ни одного даже насквозь законного дела, а уж за взятку… Одним словом, ожидалось, что греческие и болгарские войска подойдут к Салоникам почти одновременно.

В самих Салониках сложилась, мягко выражаясь, нервозная обстановка.

Портовый город, крупный торговый центр, был переполнен иностранными подданными, различными торговыми представительствами и иностранными консульствами. Кроме того, почти равное количество греческого, болгарского и турецкого населения вызывало в этих группах резко противоречивые чувства относительно приближающихся войск. Христианское население – как местные, так и иностранцы – опасались, что турки перед сдачей города устроят резню, как и завещал им султан Абдул-Гамид. При этом греки и иностранцы не хотели, чтобы город брала болгарская армия, болгары – чтобы греческая, а турки желали, чтобы и те и другие куда-нибудь сгинули и снова наступили благословенные времена османского могущества, ибо победитель потребует их выселения на территории, оставшиеся под османской властью. Поговаривали, что к городу вот-вот подойдет международная (считай английская) эскадра и установит над ним свой протекторат, что послы Великобритании и Франции уже сделали в Санкт-Петербурге самые решительные демарши, что весь мир только и думает о том, чтобы спасти город Салоники от болгарской (читай русской) оккупации. Но это все было так, слухи, основанные только на извращенно предвзятом мнении частных лиц, лишенных доступа ко всему многообразию политической информации, а потому мыслящих по инерции несколько устаревшими шаблонами.

Таким образом, в общем и целом, стратегическая обстановка складывалась для Болгарии благоприятно. Почти вся территория Македонии была уже освобождена, и в самом ближайшем времени в первой и второй армиях должны высвободиться как минимум четыре дивизии из шести.