Не ровен час, сирена может передумать меня жалеть. Или вновь отравит. Наверно Водяновой надо самой подлечиться от тяги к темному ведьмаку. Я покрутил в руках телефон, но не решился позвонить Лилии, чтобы узнать о ее состоянии или спросить про русалью неделю.
После трапезы я убрал посуду и положил на стол полученную от Никона папку и пакет, который мне вручили в холле.
Жрец передал мне копии опросов жителей деревень, близ Лукоморья. На одном из листов даже нашлось несколько зарисовок какого-то существа, отдаленно напоминающего человека. У него были длинные руки, косматая голова и большущий нос.
В документах нашлись упоминания диких криков и стенаний, которые раздавались в безлунные ночи.
Пропажа скота не была чем-то удивительным для этих мест. Несколько коров ушли из стада, да так и сгинули. Пару коз задрали отбившиеся от стаи волки, множество кур утащили хорьки да лисицы. Последних видели на утренней зорьке рыбаки.
Одна из жительниц сообщила, что у нее украли сразу сорок кошек. Я подивился, зачем в деревне такое хозяйство, но тут же решил, что не мое это дело.
Храмы поблизости Лукоморья работали исправно. Жрецы сообщали, что подозрительных смертей в деревнях не наблюдалось. Все в пределах привычных норм: повешенный на сухой иве пьяница, угоревшие хмельные мужики в бане, погибший от удара молнии пастух, попытка утопления юной невесты старосты. «Вторая попытка оказалась успешной», — прочел я и потер глаза, оторопев от формулировки.
— С ума сойти, — покачал я головой.
При этом совершенно без причин в лес уходили люди.












Комментарии
Добавить комментарий