Родители должны сегодня вернуться из поездки, надо бы их встретить, а у меня руки тяжеленные и ноги едва переставляю.

Поэтому я решила не мудрить, а купила пельмешек. Тех, что приносила на продажу одна сельчанка. Они у нее всегда вкусные…

Топаю по деревне. Нос от мороза покусывает…

Снег под ногами хрустит! Воздух от чистоты звонкий-звонкий, как будто сейчас разобьется от неосторожного жеста.

Возле калитки дома машина чья-то припаркована.

Приближаюсь уже осторожнее. Машина не папина… Может быть, кто-то из братьев решил навестить?

Может быть и так, но на всякий случай я пакет с замороженными пельменями покрепче перехватываю.

До забора остается всего несколько метров, я выдыхаю с облегчением.

Это же Платоновы! Андрей и Ульяна… Куда дели свою детвору? Наверное, у родителей Ульяны оставили.

Я с подругой всякое общение оборвала, но скучаю по ней ужасно. Даже готова покаяться, что зря тогда гадостей наговорила…

Но в момент, когда я хотела шагнуть к подруге и обнять ее, из машины вдруг появляется тот, кому точно здесь не место.

— Лена, нам поговорить нужно! — хмурится он.

Замираю на месте. Не верю своим глазам, но не сплю же я! Трезво мыслю, от мороза даже сонливость пропала.

— Поговорить? — спрашиваю я.

— Поговорить! — шагает ко мне.

Я вдруг пытаюсь втянуть свой живот. Конечно, у меня нет большого живота. К тому же под шубой ничего не видно, но все равно действие это выполняю автоматически.

— Ах тебе поговорить приспичило! — протягиваю я, сняв рукавичку. — Сейчас я с тобой поговорю! Оооо, как я с тобой поговорю!

Запустив руку в пакет, я беру пригоршню пельменей замороженных и швыряю Марселю в лицо.

— Вот тебе разговор! Вот тебе беседы задушевные! Пошел вон!

Мне в лицо полетело что-то очень твердое, будто камни. Оказывается, это были пельмени. Я понял это из слов Шатохиной, когда она заявила:

— Вот еще! Пельмени на тебя переводить… Так и голодной останусь! Видеть тебя не хочу! Иди отсюда!

Я попытался подойти и обнять ее, просто сжать в объятиях и держать, пока она не успокоится. Казалось, даже почти получилось.

Шатохина перестала браниться и застыла, но стоило мне к ее талии потянуться, как она долбанула пакетом с пельменями замороженными мне по лицу несколько раз, толкнула в грудь неожиданно сильно и… сбежала!

Так быстро за калиткой скрылась, только я ее и видел.

Перелезать через забор?

По ту сторону глухо залаял пес.

Я ходил вокруг забора, гадая, что делать в такой ситуации.

— А я бы полез через забор! — весело отозвался Андрей. — Помнишь, Ульяна?

— Помню, конечно! Потом ты еще сам себя зашивал…

— Эх, романтика… Любовь-любовь! — протянул Андрей и начал тискать свою рыжуху, даже в пуховике умудрился приобнять ее так, словно на ней совсем не было одежды.