Он оценил мой новый наряд и ободряюще улыбнулся. Взяв за руку, принц повел меня к тронам – и на этот раз первыми шли мы, а не император с императрицей.

– Я ждал этого от тебя, – прошептал Даррел, когда мы уже сидели. – И знаешь, это платье тебе идет больше. В нем ты такая хрупкая.

– Спасибо, – опустила я взгляд. – Я хочу открыть бал нашим танцем. Можем ли мы так сделать?

– Так не положено, – нахмурился Даррел. – Но… Я ведь могу сделать тебе свадебный подарок, Белль?

Он подозвал кого-то из свиты, прошептал что-то, топнул для убедительности ногой, и уже спустя четверть часа мы с ним действительно танцевали.

Не в воздухе, как в прошлый раз, а на мраморном полу. Играла легкая романтичная музыка, и я прекрасно знала каждое движение. Больше не было страха того, что меня осудят – из-за платья или плохого танца. И я наслаждалась происходящим. Наслаждалась Даррелом, который уверенно вел меня. И его улыбкой, в которой сияла нежность.

Пусть этот прекрасный танец останется в моей памяти навсегда. Даже если мое «навсегда» скоро подойдет к концу.

Когда танец завершился, Даррел сделал еще одну вещь против правил – поцеловал меня вновь.

Это был наш второй поцелуй за этот день, но в отличие от первого он был долгим и глубоким. И между нами будто искры рассыпались, приятно обжигая тело.

Мы отстранились друг от друга, держась за руки. Наши взгляды встретились, и я улыбнулась. Не тем, кто был приглашен на мою свадьбу, а Даррелу. Я коснулась его лица – непозволительный знак, ведь члены императорской семьи на людях не должны демонстрировать свою привязанность. И он позволил мне это, не убрал мою руку.

Я хотела сказать Даррелу, что он прекрасен, но не успела. Раздались крики, перекрывающие живую музыку, и я резко повернулась на них.

В толпе гостей что-то происходило. Часть из них отхлынула в стороны, и я увидела Элли, держащую окровавленный кинжал. В ее ногах лежала Лея, чье светлое платье было запачкано кровью.

Перед глазами потемнело от гнева. Та, которую я простила, вновь меня предала.

Я кинулась к Элли – к тому моменту, как я подошла к ней, охрана уже успела схватить ее.

Наши взгляды встретились.

И она улыбнулась мне.

Элли считалась сильной менталистской, одной из лучших на потоке. Она не только хорошо знала теорию, но и хорошо показывала себя в практике.

В отличие от предсказателей, менталисты не умели читать будущее, да и вообще, скептически относились к этому. Они владели прошлым и настоящим. Могли читать мысли или видеть сцены из прошлого – правда, для этого приходилось долго настраиваться. Однако порою сильные менталисты могли ловить обрывки воспоминаний или мыслей при простом прикосновении. Это называлось вспышкой. Такое бывало, но крайне редко – ментальная магия вообще считалось одной из самых нестабильных.