Катя ещё немного сомневалась в этом. До момента, когда она попала в больницу. Тогда впервые, борясь с болью, чувствуя только тёплую Лёлину ладонь и слыша только её шёпот, она назвала мачеху мамой. Само получилось.

Они с друзьями в тот год чего только не творили. И с гаражей в сугроб прыгали. Хорошо, что родители так и не узнали. И на выставку импрессионистов в Пушкинский музей ходили. Они тогда ещё с Венькой поспорили про Ван Гога. И в Лазертаге на Катином дне рождения стреляли.

Летняя двухнедельная поездка к маме была уже совсем другой. Вера, наконец, была беременна. Катя смотрела на мать немного отстраненно. Жалея её. Вера тянулась к дочери. Обнимала, как никогда нежно.

Только Катя Кузьмина знала, её дом и семья совсем не на берегу этого чужого моря.

На выпускном Ветров напился. В хлам. И в таком состоянии участвовал в ежегодной традиционной забаве выпускников. Наряжал в тельняшку памятник Крузенштерну и натирал ему до блеска нос. Бодровский держал лестницу. По всем окрестным переулкам стояли на шухере новоиспеченые лейтенанты.

На выпуск почти ко всем приехали родные. Пришли жены или девушки. Ветров-старший с женой приехать не смогли. Бабушка уже старенькая, самолёт ей не потянуть, а для проезда поездом теперь нужна была виза и загранпаспорт. Варвара жила своей жизнью где-то под Тулой. Так что искать в толпе взглядом лейтенанту Ветрову было некого.

После торжественного марша, когда они всем курсом прокричали "Вот и всё!" и подбросили в небо монетки, его тепло обняла Юркина мама. И заплакала. Понять её было можно. Её мажористый сын неожиданно вслед за другом выбрал Северный флот, где был сейчас большой дефицит специалистов по минно-тральному делу и противолодочному вооружению. Хотя Ветров честно предупреждал, Североморск и морские базы на берегу Баренцева моря — это не Набережная Лейтенанта Шмидта в Санкт-Петербурге.

— Мальчики мои, мальчики, — ерошила их волосы тётя Валя Бодровская. Они то с мужем, прежде чем вернуться в Питер в штаб флота, успели послужить в Севастополе. И что такое "мужчины в походе", Юркина мама знала на собственном опыте.

Через месяц, отгуляв отпуск на Черноморском побережье Краснодарского края, выпив там не один десяток литров местного бодяжного вина, наевшись до отвала фруктов и перепробовав всех доступных девиц, а заодно поучаствовав в нескольких потасовках между местными и отдыхающими, лейтенанты Бодровский и Ветров прибыли для дальнейшего прохождения службы для начала в аэропорт города Мурманска.

Уже там девочки на контроле хохотнули над их вполне летним прикидом. А на КПП в Североморске дежурный капитан-лейтенант, окинув взглядом двух лейтенеантов в рубашках с коротким рукавом и проштамповав им пропуска, отвёл в сторону.