Хочется поднять свои руки и обнять его. Хочется прижаться к нему и никуда не отпускать.

Даже несмотря на то, что Десмонд причинял мне боль, я уверена: мне будет еще невыносимее, если он исчезнет из моей жизни.

– Какой второй вариант? – мои брови сводятся к переносице.

Позади меня раздаются шаги и женские голоса. Из ванной комнаты выходят две старшеклассницы и, увидев меня и Десмонда, замолкают. Переглянувшись между собой, они идут дальше по коридору.

– Я остаюсь в «Дирфилде», – Десмонд пристально глядит на меня, и я улавливаю в его голубых глазах что-то похожее на надежду. – И ты дашь мне шанс. Что ты выберешь?

Я выдерживаю его взгляд, и внезапно в голове проносится один момент за другим: как Десмонд швырнул в меня толстовкой, когда я впервые оказалась в его доме… Как загородил меня собой во время пейнтбола… Как подарил книгу, которую я не могла найти в библиотеке… Как пытался успокоить меня в ресторане, когда я расплакалась…

В гостиной начинает играть «My worst» Blackbear, и сердце стучит по ребрам отчаянным молотом.

Именно эта песня звучала на вечеринке в честь возвращения Десмонда. Тогда я впервые увидела его и не смогла оторвать глаз.

– Что ты выберешь? – Десмонд повторяет свой вопрос.

Поднимаю руку и кладу ее на его грудь, чувствуя через футболку дикое биение его сердца. Десмонд прикрывает веки, а когда открывает их, мои коленки подкашиваются.

– Я… Я не в праве сделать за тебя выбор, – шепчу я. – Ты не должен уезжать только из-за того, что между нами было.

«Ты должен остаться со мной», – я не говорю этого вслух, хотя умираю от желания в этом признаться. Убираю руку с его груди и опускаю взгляд, чтобы Десмонд не заметил, какая я жалкая трусиха.

Вдруг он наклоняет голову, и его теплое дыхание овевает лицо. Я практически ощущаю, как вокруг нас электризуется воздух.

– Тогда ответь мне на простой вопрос, – вкрадчиво произносит Десмонд. – Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал?

От его слов я не могу пошевелиться. Не могу даже посмотреть на него. Мое тело парализовано, и я не знаю – это хуже того, если бы я дрожала?

Десмонд берет пальцами мой подбородок и приподнимает лицо так, чтобы наши взгляды были устремлены друг на друга. Я втягиваю воздух, когда от его прикосновения кожа начинает пылать.

– Десмонд, я… – бормочу я. – Я…

– Крис, есть только два варианта. «Да» или «Нет».

Я чувствую, как дрожь охватывает меня вплоть до костей.

– Да, – тихо признаюсь я. – Поцелуй меня.

Прежде чем я успеваю закончить говорить, нижняя мягкая губа Десмонда касается моей.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не захныкать. Всю эту мучительно долгую неделю я смотрела на него, с тоской вспоминая о его губах.