Миллер женился на семейных связях и бабках, это был его осознанный выбор, что из этого вышло, я толком не знаю, потому что мы много лет общались урывками, когда пересекались где-то рабочими наездами.

– Привет, – улыбается мне немного механически.

– Привет, – улыбаюсь в ответ.

– Спасибо за рекомендацию, нам тут нравится, – замечает вежливо.

– Да не за что, – отхожу в сторону.

– Пошли? – смотрит на мужа.

Пожав на прощанье мою руку, он открывает для них дверь.

Пару минут бесцельно смотрю в окно на задний двор с детским городком.

Все это время в заднем кармане джинсов вибрировал рабочий телефон, и я все же достаю его оттуда, чтобы взглянуть, кого принесло.

В последнее время я даю возможность звонящему обдумать необходимость звонка, и если абонент все же решается на второй звонок, делаю вывод, что мое участие оценили.

Возвращаю телефон в карман и направляюсь к лестнице.

На втором этаже коридор, за ним еще один и вход в общий зал. Решаю заглянуть туда и проверить на месте ли Мишаня, но притормаживаю напротив открытой двери в его группу, когда мельком вижу у окна рядом со шкафчиками свою бывшую жену.

Сложив на груди руки, она смотрит на улицу.

Остановившись в дверном проеме, поднимаюсь глазами вверх от ботинок, в которые заправлены ее узкие джинсы, по длинным, стройным ногам и округлой идеальной заднице. По узким плечам в синем свитере толстой вязки. Ее гладкие темные волосы с новыми каштановыми оттенками переброшены на одно плечо, открывая мне вид на тонкую шею и задумчивый профиль.

Глядя на нее исподлобья, я чувствую голод, который ширится и множится разными оттенками. Собрать в одно слово все то, чего я хочу, не получается.

Рисовать картины какого-то будущего тоже. Я не знаю, что должен ей предложить. Не знаю, чего бы хотела она.

Я просто знаю, что заберу у нее этот день, и она может сопротивляться, если ей так угодно.

Глава 23

Руслан.

Наши дни

Мои ботинки издают скрип в результате контакта с линолеумом, и Оля оборачивается.

На ее лице выражение, характерное для глубокого мыслительного процесса, но оно быстро развеивается, когда наши глаза встречаются.

На ее губах ярко-красная помада. Это единственное яркое пятно на лице, не считая голубых глаз и темно-русых бровей.

"

"Это неожиданно, и ей без сомнения идет, но я не привык видеть ее такой. Будто сегодня она решила бросить вызов повседневности. Будто на идеально чистом холсте кто-то оставил идеальную, яркую запятую.

Черт. Мне нравится. Очень нравится.

Задерживаю взгляд на алых губах, мысленно заставляя уняться вспыхивающее в крови возбуждение. Я вряд ли смогу удивить ее своей эрекцией, но желание выяснить это слишком зашкаливающее, чтобы рисковать.