— Это абсурдно, — наконец, обдумав довод, определил он.

— Посмотрим, сколько заклинателей потребуется, чтобы утихомирить вас, но это в конечном итоге произойдет! Глава ордена всеми силами пытался выгородить своего младшего брата, чтобы его не поставили вровень с Демнамеласом, но вы и здесь умудрились все испортить!

— Ах вот как… — протянул Шен, сделав шаг назад. — Забавно…

— Вот, — протянул ему Лунг Рит небольшой шар, — сфера для связи с Летис Лис. Сожмите ее — и она ответит.

— Старейшина Лунг! — возмутился молчавший до этого Шиан. — Ты не смеешь решать это!

Старейшина Лунг ничего не ответил, лишь плотнее сжал губы и решительно протянул сферу Шену.

Тот забрал ее из его подрагивающей от нетерпения руки.

— Хорошо, — произнес Шен, не до конца доверяя этим двоим. — Я верну ее вам, когда закончу.

С этими словами он выдернул из ножен Смертельное лакомство и, вскочив на меч, полетел прочь, продираясь через сильный ветер. Вместе с тем, как он отдалялся, сила, удерживающая Шиана, слабела, и вскоре тот смог подняться и с досадой отряхнуть полы одежд.

— Прошу простить мое своеволие… — начал Лунг Рит, но Шиан, не одарив его и взглядом, молча направился в резиденцию.

Казалось, Шен и сам не осознавал, куда летит, но вскоре понял, что все это время стремился к пику Славы. Спешившись, он подумал, что нечего и надеяться наугад найти могилу, но вскоре заметил дорожку из белых лепестков. Несмотря на ветер, они все еще могли помочь разобрать направление, недавно закончившийся дождь надежно прибил их к земле, запутав в зеленых травинках.

Шен шел вперед с решительным намереньем разрушить все, что хоть как-то будет говорить о том, что старейшины пика Славы больше нет.

Но когда дорожка из лепестков вывела его к находящейся на вершине пика могиле из камней, этот вид потряс его слишком сильно, чтобы он смог хотя бы замахнуться, чтобы разрушить все. Плоские камешки были сложены один на другой, а между ними лежали белые цветы. Словно нож вонзили в его сердце, когда он увидел все это. Ничего особенного, но… но почему… так больно? Есть надежда, есть призрачный Муан рядом, с которым даже можно говорить, но почему отчаяние продолжает разъедать его изнутри…

Он пришел сюда, чтобы все разрушить, но вместо этого замер, а лицо его потеряло все краски.

Муан завис в шаге от него, с неодобрением и кислой миной глядя на «свою» могилу. Он, в отличие от Шена, не чувствовал здесь ничего особенного — всего лишь горстка камней и несколько цветов. Он не готов был признать, что это его могила.

Ветер окончательно разогнал облака, и выглянул бледный полумесяц.

Глава 237. В тишине бури

Ночь застыла над горными пиками, после бури установилась безветренная тишина.