— Да ты совсем спятил? Это кризис среднего возраста или что за хрень происходит? Ты говорил, что я должен поступать как взрослый, а сам? Что это за цирк? Ты не мог всерьез ожидать, что я захочу познакомиться с твоей любовницей! Это неуважение к матери, ко мне и ко всему что было! Ты можешь строить свою жизнь с кем угодно, но не ожидай, что я буду рад знакомиться с твоими пассиями.

Прежде чем развернуться и уйти, я замечаю вину на лице отца, но уже поздно для его объяснений. Я слишком зол и разочарован.

Стремглав мчусь к выходу из зала. Мне душно в одном помещении с ним.

Большая дверь с грохотом за мной захлопывается, пройдя по коридору и завернув в темный уголок, прислоняюсь лбом к стене, рвано глотая воздух.

От собственного бессилия бью кулаком в стену, но даже это не помогает избавиться от ноющего чувства в груди.

— Арсен… — робкое и знакомое прикосновение к спине.

Только ее здесь не хватало.

— Уйди, — через силу выдавливаю из себя.

Нет? Она уверена в этом?

Резко поворачиваюсь к Нине лицом и надвигаюсь на нее.

— Никуда я не пойду, — звучит ее решительный голос.

Глупая девчонка! Вечно ей нужно со мной спорить!

Что ж, она сама напросилась!

Мы с девчонками болтаем об игре, когда я замечаю Арсена, который идет в раздевалку.

Я уже хочу подойти и поздравить его с победой, как Герасимова перехватывает его отец.

Они о чем-то разговаривают, а затем к ним подходит высокая темноволосая девушка. Даже отсюда я вижу, как глаза Герасимова сверкают от ярости. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять что они ссорятся. В какой-то момент Арсен подается слишком близко к отцу, что-то ему шипя в лицо. Развернувшись, Герасимов стремительно выходит из спортзала.

Должно быть, я не в себе раз следую за ним. И все же почему-то не могу заставить себя остановиться. Знаю, я должна быть с ним.

Выйдя, оглядываюсь по сторонам, но парня нигде не замечаю. Вздохнув, уже хочу вернуться обратно, как сбоку раздается глухой удар. Иду на звук, и вижу в темном углу Герасимова.

Несмело протянув руку, дотрагиваюсь до его спины, чувствуя как от моего прикосновения он буквально каменеет.

Нет, он не прогонит меня.

Арсен так резко поворачивается, что я едва сдерживаю испуганный крик.

Его лицо перекошено от злости, а руки крепко сжаты в кулаки.

— Тебе лучше уйти, — звучит его стальной голос.

Меня официально можно считать сумасшедшей, потому что вместо того, чтобы прислушаться к голосу разума и убраться, я уверенно произношу:

— Никуда я не пойду.

Арсен угрожающе надвигается на меня, а я отступаю до тех пор, пока спиной не прижимаюсь к стене. Рука Герасимова упирается над моей головой.

— Почему тебе всегда нужно быть такой? — срывающимся голосом шепчет.