— У рейхсфюрера тоже не ангельское терпение. На все про все у нас два месяца!

— И что же нам теперь делать?

— А ничего. Все за нас уже сделали русские.

— Леонов. Как ты думаешь, если мы сообщим туда, — рука штандартенфюрера указала на потолок, — о том, что русские ведут такие же работы и даже забросили в наш тыл специально подготовленного диверсанта, там поверят? В то, что мы имеем дело не с цепочкой случайных совпадений, а с хорошо подготовленной акцией противника? В эту гипотезу прекрасно вписываются все имевшие место случаи!

— А как мы объясним пожар на станции?

— Так ты и этого не знаешь? Парни Мюллера поймали-таки поджигателя!

— И кем он оказался?

— Станционный рабочий. Обходчик.

— Смеешься? Это в гестапо-то? И даже подписал протокол допроса.

— Пока — да. Это зависит от того, как пойдет дело.

— Но был еще и опоздавший пожарный поезд.

— В колесные буксы которого кто-то насыпал песку.

— Как быть с ориентировкой НКВД на Леонова?

— А это их визитная карточка. Они сознательно показывают нам, с кем мы будем иметь дело. Чтобы в случае успеха еще более подчеркнуть перед руководством НКВД успешность собственной школы.

— Понимаю. И что теперь?

— Русские доказали эффективность своего метода подготовки диверсантов. Теперь очередь за профессором. Вернее — за его "выпускниками". Они должны в схватке лицом к лицу доказать превосходство нашего метода подготовки солдат.

— Ничего себе задача! Осталось только уговорить русского на этот поединок.

— Вот этим ты и займешься.

— По моей просьбе, вернее, по просьбе секретариата рейхсфюрера, вокруг леса развернуто четыре полицейских батальона. Официально — для поиска и уничтожения партизан. По некоторым сведениям, они попытаются вскоре напасть на аэродром.

— Это действительно так?!

— Нет, конечно. Просто из вашего леса никто не должен выйти. Никто! И никаким путем. Как вооружен русский?

— У него один автомат, два пистолета. Около четырехсот патронов. Холодное оружие, вероятно, наш штатный кинжал.

— Так вот, с сегодняшнего дня все передвижения за пределами гарнизона — только группами не менее чем по десять человек. С обязательным наличием в группе автоматического оружия. Без продовольствия. Деревни оцепить, выход в лес местного населения запретить. Для усиления тебе придан взвод проводников со служебными собаками.

— Я же просил только одного.

— Это не для поиска русского. Для охраны объектов, чтобы к ним никто не подобрался незамеченным. Надо лишить Леонова возможности пополнять запасы за наш счет. Есть у него автомат и четыре сотни патронов — и хватит.

— Профессор прилетит послезавтра. Привезет с собой двенадцать человек. Это все, что у него есть на сегодня. Ты должен обеспечить им встречу с русским.

— Не знаю. И знать не хочу.