Ладно, спасибо за конфеты, я теперь пойду. У меня появилось несколько идей, нужно их побыстрее записать. Ал, тебе следует хорошенько подготовиться к турниру.

Шен махнул им рукой и, захватив мешок с конфетами, вскоре скрылся за дверями черного замка. Муан и Ал проводили его взглядом и недовольно переглянулись. Ал почтительно кивнул мастеру Муану, при этом не скрывая недовольного выражения на лице, развернулся и пошел прочь. Муан какое-то время стоял на площади перед черным замком, размышляя, что ему следует делать. Похоже, что его вчерашние обвинения возымели не совсем ожидаемый эффект. Пусть Шен и не сказал ничего резкого, не было похоже, что они помирились.

Шен же какое-то время сидел в комнате для чаепитий. Он сказал правду и на самом деле записал все, что пришло ему на ум, исписав уже половину свитка, когда ему на колени приземлились передние лапы Волчары.

— Хсяин! — воскликнул дух и толкнул его руку длинной мордой.

Шен улыбнулся и потрепал ее по большой голове. Волчара только что вернулась от Риту, у нее был очередной свиток в зубах. Шен забрал свиток и легонько сжал эту морду. Волчара вильнула хвостом и, сильнее опершись лапами о его колени, потянулась мордой к его лицу и ткнулась в щеку влажным холодным носом. Шен вновь словил в ладони эту морду и посмотрел прямо в ее глаза.

— Думаю, стоит пригласить Риту к нам в замок, — серьезно произнес он.

Волчара радостно завиляла хвостом.

Шен не был наверняка уверен в своем решении, но сейчас его репутация в ордене значительно улучшилась, поэтому, возможно, не будет таким уж плохим решением чаще видеться с внучкой. Все же он обещал ей показать розовый цветок в черном замке.

Волчара была полностью довольна его решением.

Шен развернул свиток и принялся читать послание от Риту, а затем стал писать ответ, в который включил и приглашение посетить черный замок.

Глава 106.2. Неравнодушие

Прошло больше суток с тех пор, как Муан в последний раз видел Шена. Вчера он должен был тренировать лучших своих учеников для турнира, но вместо этого почти постоянно отвлекался на посторонние мысли об одном конкретном человеке и не мог сосредоточиться на тренировке.

Чем больше он думал о произошедших начиная со схватки с Ми Деми событиях, тем больше склонялся к мысли, что зря так разозлился на Шена по этому поводу. Нет, он все еще считал, что его гнев вполне оправдан. Просто… это если применять к нормальному человеку.

Шен же, очевидно, не был обычным нормальным человеком. Так что совершенно не понятно, как именно он мог воспринять брошенные сгоряча слова Муана.

Они на самом деле сильно задели его? Или дело не в этом? Может, старейшина пика Славы все выдумает, зря переживая?

Он прислушивался к их связи, но не мог уловить слишком сильных эмоций.