К моему удивлению, которому, кажется, не было конца и края, Барс подошел к моему подъезду.

— Открывай дверь! — велел он, сжимая пакеты в сильных руках.

Я спешно вытащила ключи и распахнула перед ним дверь.

— А ты что, до квартиры донести хочешь? — уточнила я.

— Могу и здесь бросить.

— Здесь не надо. Лучше до квартиры.

Если быть в рабстве, то до конца, подумала я. Буду эксплуатировать по полной. Сам ведь захотел! Никто его не заставлял!

В лифте, стоя на опасно близком расстоянии от Барса, я чувствовала себя максимально странно. Будто очутилась в одной клетке с врагом.

Я до последнего ждала от Дуболома подвоха, но он ничего подозрительного не делал. Вышел из лифта и поставил сумки рядом с нашей квартирой. А потом, не прощаясь, сунул руки в карманы и направился к лифтам.

— Стой! — окликнула я его.

— Что? — поморщился он.

— Подожди немного, ладно? Я сейчас!

Я ворвалась в квартиру, достала из холодильника оставшуюся шарлотку, переложила ее в контейнер и вынесла на площадку.

— Держи, это тебе, — протянула я контейнер Барс.

— Это что за бурда? — поднял он брови.

— Шарлотка. Я яблоками и корицами. Вкусная! Ее разогреть нужно!

— Не надо, — ребром ладони отодвинул он контейнер.

— Возьми! — настойчиво сказала я. Мне хотелось поблагодарить его. — Это моя мама делала. Она отлично готовит!

Взгляд у Барса будто смягчился. Кажется, он колебался.

— Ладно, — все же сказал он. — Раз мама — это другое.

Барс взял контейнер с шарлоткой и ушел, а я осталась стоять на пороге квартиры и глупо улыбаться. И почему на душе стало так тепло?

Вечером мне удалось сфотографировать Барсикова.

Я случайно увидела его на балконе и, как заправский шпион, поползла на свой балкон, чтобы сфотографировать. Зачем — и сама не знаю. Во мне охотничий инстинкт проснулся, не иначе. Да и одноклассницам я уже сказала, что живу напротив Барсова, только близняшки мне, кажется, не поверили. Фото должно было стать доказательством.

Однако едва я только затаилась на балконе, сидя на корточках и осторожно высовывая телефон, как на пороге появилась мама.

— Ты что делаешь? — удивленно спросила она.

— Сижу, — прокряхтела я.

— На полу? На балконе? Зачем?

Мама взглянула на дом напротив, а потом перевела озорной взгляд на меня. В ее глазах заплясали чертики.

— Ты что, за мальчиком подглядываешь? — громко и весело спросила она.

— Тихо! — возмутилась я. А вдруг услышит?

— Значит, правда поглядываешь, — сделала мама вывод.

— Меня девочки попросили его сфотографировать, — пробурчала я. — Но не хочу, чтобы он видел. Одноклассник мой.

— Тот, с которым ты у помойки торчала? Дай-ка мне телефон, — вдруг сказала мама.