Он весьма удивился, но пообещал приехать в самом скором времени.

Олег смотрел на Таню, и она казалась ему самой восхитительной девушкой из всех, которые он только встречал.

Это был самый эпичный Новый год в моей жизни.

Сначала я сбежала из дома. Потом ждала Олега в темноте, чтобы сделать ему сюрприз. Затем подслушала его разговор с поехавшим братцем, а в конце и вовсе феерично появилась из-под стола и размазала-таки торт по морде Дениса. И сделала то с огромным удовольствием. Конечно, лучше бы я размазала его катком по асфальту, но что было, тем и воспользовалась.

Я старалась казаться смелой и бодрой, даже улыбалась, но на самом деле мне не было весело. Я слышала их разговор от начала и до конца — более того, я аккуратно записала его на камеру, слегка высунув телефон из-за барной стойки. Однако мне по-настоящему было страшно. Так страшно, что тряслись руки и плавилось сердце. Денис угрожал Олегу расправой со мной. В фильмах такие вещи решались иначе — с драками, перестрелками, угрозами и похищениями. Злодеи шантажировали главных героев их любимыми женщинами или детьми, взятыми в заложники, и заставляли делать разные вещи. Но в реальности все оказалось иначе. Просто двое взрослых мужчин сидели в гостиной в канун Нового года, и один из них говорил такие вещи, что волосы на руках становились дыбом.

Дело было не в том, что он говорит, а как. Обыденно. Словно привык совершать преступление. Словно зло стало его повседневным орудием. И словно он сам был злом — только в человеческом обличии. Я слушала его и понимала — вот она какая, Снежная Королева. Это не прекрасная женщина с холодной внешностью. И не прекрасный мужчина с покрытыми инеем волосами. Это не Денис Дворецкий, которому жизнь дала все, но которому всегда было бесконечно мало ее даров. Снежная Королева — это не человек. Это жадность, презрение, злость, ненависть, боль. Это то, что нас разрушает.

И когда я это поняла, страх притупился. Не исчез, а отступил куда-то на второй план. И я сказала себе, что буду той самой Гердой, которая спасла Кая. И сделаю все, чтобы освободить его из лап Снежной Королевы.

Не знаю, когда и откуда во мне взялась смелость появиться из-под стола, размазать торт по наглой роже Дениса и достать свой газовый пистолет, за который я уже в который раз благодарила папу. Наверное, она появилась тогда, когда я услышала голос Олега, который выбрал меня.

Это было так глупо. Так странно. И это было так важно, что я вдруг поняла, что не ошиблась. Не ошиблась в человеке, которого полюбила.

Слова Олега грели сердце. Он действительно выбрал меня, а не карьеру и имидж, которые были так для него важны. Несмотря на то, что Денис мог обманывать его, он выбрал мою безопасность, а не свою невиновность. Он действительно меня любил.