— Темная магия порождает перевертышей, отравляет землю, растения, животных, камни и даже воздух.

Незнакомец, к моему удивлению, не разозлился, а расхохотался. Отпустил меня и спокойно отошел, словно не произошло ничего существенного. Улучив момент, я огляделась.

Мы находились в большой, но уютной, залитой солнцем аудитории. Учебные места рядами спускались полукругом ярусов к кафедре, вдоль которой прохаживался незнакомец с мечом. Темный плащ рваной темнотой волокся за ним, клубился, подобно туману, черные волосы падали атласом да покоящегося в ножнах меча, редкой красоты кружево охватывало запястья, мелькающая полоска камзола была расшита рубинами.

Только лицо… Взгляд на нем словно не фокусировался, не держался, соскальзывал. Лишь с огромным усилием удалось изредка уловить блеснувший взгляд, усмешку.

Обернувшись, я увидела, что в аудитории кроме меня находится еще несколько человек. Девушек. Но разглядеть их не удавалось, стоило напрячь взгляд, как зрение размывалось, как дорога по весне.

Но одну из них мне все-таки удалось узнать. Клео, удостоверенная клана Тарвиш! И она меня тоже прекрасно видела, вот только не узнала, хотя мы встречались на императорском балу, и я приняла ее поклон.

Но это уже ее дело. Мое дело сделать легкой наклон головой в знак приветствия и отвернуться. Признаться, я симпатизировала Серебряному анту, и то как иномирянка с ним обошлась, мне не понравилось.

— Не смотри по сторонам, — осерчал голос. — Самая непослушная из учениц. А мне говорили, ты усердна, усидчива и трудолюбива, лживые насекомые!

Не знаю, где я, не знаю, что здесь происходит, но… Не могу же я вскочить и убежать из собственного сна. Со вздохом я снова уставилась на темноволосого красавца — уж в этом я нисколько сомневалась, хотя и не видела его толком.

У стариков и страшил таких голосов не бывает. Просто не может быть!

— Какой браслет ты бы выбрала?

Буквально из воздуха перед носом соткались два браслета, черный и белый, и легли на стол. Опасливо тронув один из них, я выбрала черный. А после опомнилась и отдернула руку. В свете всего происходящего меня могут понять неверно, отождествивший мой выбор с темной магией.

— И почему же ты сначала выбрала черный?

Я зажмурилась, чтобы не признаваться, но рот, как заколдованный, торопливо выложил все мои постыдные тайны:

— Меня не всегда воспринимают всерьез из-за возраста, а темный цвет придает мне веса и зрелости.

Черный — статусный цвет.

Тео тоже предпочитал черный. Всегда, с детства, словно провел всю жизнь в трауре. Может, я только подражала ему? Жаждала сблизиться через неявные мелочи, копируя стиль, статус, привычки…

— Чушь, — лениво сказал голос. — Вы просто росли в схожей обстановке. А теперь выкинь глупости из головы, у нас мало времени.