В спальню тут же бесшумно проскользнула тощая, в возрастных пятнах вея лет пятидесяти, лишенная даже намека на привлекательность. Это… было необычно. Я дернулась было к ней, рассмотреть эту вею поближе, когда поняла, что Анхард все еще держит меня за руку. Но едва я попробовала освободиться, он дернул меня обратно, бесстыдно прижимая к себе.

— Помни. Если надумаешь разбудить свою драконицу, только намекни.

Горячий шепот бил мне в висок, бок горел, прижатый к крепкому, полному огня и магии телу, но в груди даже не екнуло. Теофас сломал меня.

Без улыбки я взглянула на Анхарда и кивнула, но только чтобы он отпустил.

Не могу же я препираться с дракониром при прислуге.

Я вышла вслед за прислугой, чувствуя, как лопатки прожигает взгляд Анхарда.

В дверях я буквально столкнулись с Кайне, побелевшей при виде меня, как полотно.

— Ты… — слово «живая» произнесено не было, но угадывалось на испуганно приоткрытых губах.

— Кайне? Ты, лисичка? — окликнул из приоткрытой двери Пепельный. — Заходи, не жмись.

Лисичка застряслась, как последний заяц, но пошла, словно ее на цепи тянули, в лице ни кровинки. Было что-то страшное в ласковом голосе командора.

Взгляд Кайне зацепился за мне, безмолвно умоляя о помощи, но я отвернулась. Дракон обязан отвечать за свои поступки, уж так устроен этот мир. Самое страшное, что случится с Кайне это расставание с любовником, который не приходился ей ни мужем, ни Истинным. Просто красивый мужик. Расстаться с ним не так тяжело, как расстаться с жизнью.

Время в неожиданно людном коридоре, словно остекленело. Я прошла через ряд застывших в страхе прислужниц, мимо кабинета экономки, которая восседала черной статуей в кресле и не отрываясь смотрела на меня в приоткрытую дверь, мимо Атоля.

Их внимание меня беспокоило меньше всего, но чувство, что я не в порядке, было неприятным. Даже выдохнула с облегчением, когда наконец зашла в предоставленную спальню и за спиной щелкнул дверной замок.

Комната была… ужасна. Маленькая, всего два окна, узкая кровать, да еще и придвинутая к стене, а вот резной, черного дерева стол был хорош. Аж лоснился на солнце, проникающем в окна. Ковра нет, паркет продавлен, шторы выцвели. Это не драконье гнездо, это какое-то голубиное гнездышко.

— Здесь личная ванная, — многозначительно сказала Иза. — Одна из лучших комнат замка. Я сама выбирала. Если есть еще пожелания…

— А в других спальнях нет ванных комнат?

— Только совмещенные, вейра. По утрам там столпотворение, бывает по двадцать человек набивается.

Мать-драконица! Двадцать человек? Надеюсь, все эти двадцать человек хотя бы одного пола.

— Ты выбрала чудесную комнату, Иза, — сказала я твердо. — Комнаты лучше не найти.

Изыди из моей головой злой демон воображения.