Я чувствовала себя скованно и зажато и отказалась от пива, что вызвало кучу ухмылок у парней и девчонок, которые явно чувствовали себя более взрослыми.

– Что тут творится?! – зашептала я на ухо Ленке, старательно игнорируя взгляды Стоцкого.

На мне снова был джинсовый комбинезон, который слишком сильно открывал ноги, еще не тронутые загаром.

– Сама не знаю, – ответила подруга. – Но ты расслабься! Думаю, будет весело! А если не понравится – мы просто уйдем.

Я согласилась, хотя больше всего на свете хотела сделать из этой квартиры ноги. Было неуютно. Да еще этот Стоцкий, как назло, все пялился и пялился, как будто я ему тут фокусы показывала. Он даже сел ко мне на диван и, закинув ногу на ногу, стал вещать что-то о каком-то блогере. Я сидела со страдающим лицом, явно веселя Ленку, и кивала. Стоцкий, думая, что мне интересна его болтовня, не успокаивался. И в какой-то момент положил руку на спинку дивана за моей спиной. Это меня порядком взбесило, но сделать я ничего не успела, потому что в это время в гостиную вплыли Каролина и Матвеев. Скорее всего, до этого они находились на кухне, потому что следом за ними шагал Петров, и у него в руке была пачка сигарет.

Я, наверное, позеленела от злости. Клоун, увидев меня, перестал улыбаться. Его взгляд сделался недовольным.

– Что ты говорил, Артем? – проворковала я.

Стоцкий с удвоенной силой стал что-то мычать про блогера, попивая пиво из бутылки, как взрослый. Вернее, как взрослый алкаш. А я, слушая его вполуха, следила за Матвеевым, чувствуя, как знакомая злость захватывает мое сердце. Вот, значит, как? Со мной он прикалывается, а с этой кралей шашни водит? Козлина, что сказать!

Они сели на второй диван. И в какой-то момент Кароли почка положила голову на плечо Дани. Меня чуть не разорвало от возмущения.

– Будешь, детка? – щедро протянул мне бутылку Стоцкий.

Он выглядел неплохо – высокий блондин с дерзким лицом, но айкью у него был критично низким. А его «детка» откровенно бесила.

– Спасибо, нет, – отказалась я.

– Зря. Расслабляет, – подмигнул мне Стоцкий, сделал глоток и положил руку на мое плечо.

Я вздрогнула. Было ужасно неприятно, но убирать его руку я не стала. Пусть Матвеев видит, что и я не лыком шита и мною тоже интересуются парни!

– Рядом с тобой я и так… того… расслаблена, – сказала я максимально милым голосом.

Ленка, сидящая рядом, засмеялась в кулак. Она все прекрасно понимала.

– Я твое расслабление? Круто.

– Хорошо хоть не слабительное, – словно невзначай сказал Клоун. – А то было бы неловко.

– Эй, Матвеев, – окинул его ленивым взглядом Стоцкий. – Я тебе однажды надеру зад. Раздражаешь, чувак.

– Пошел ты, – отмахнулся Даня.

– Только не в моем доме! – тут же заявила Таня.