Его другая рука хватает мою, которая отталкивает его лицо, и он отталкивает эту руку на кровать. Я кричу и смеюсь, стараясь отвернуть от него лицо, но каждый раз, когда я двигаюсь, маркер оставляет следы по всему лицу, пока он пытается подписать его имя.

Он подпрыгивает, закрывает маркер и с ухмылкой смотрит на меня.

Я тянусь к моему ноутбуку.

Я: Ты больше не мастер проделок. Официально, теперь это трехсторонняя война. Прости меня, пока я пойду и найду в Google мою месть.

Я схватила ноутбук и спокойно вышла из комнаты, пока он смеялся надо мной. Когда я достигала своей спальни через гостиную, Уоррен дважды взглянул на меня.

- Можешь остаться здесь и посмотреть порно со мной, - сказал он, вглядываясь в маркер на моем лице.

Я проигнорировала его комментарий.

- Ридж и я только что закончили разговор о правилах телевизора, - солгала я.

- У меня четверг.

-Нет, - сказал Уоррен. -Завтра четверг. Я смотрю ночное порно по четвергам.

-Теперь не смотришь. Думаю, тебе надо было спросить меня об этих привычках, когда ты брал у меня интервью.

Он стонет.

-Хорошо. Можешь взять четверг, но только если ты оденешь то платье, в котором ходила раннее.

Я засмеялась.

-Я сожгла то платье.

Ридж

-Почему ты дал Сидни телевизор сегодня? - сказал Уоррен.

Он рухнул на диван рядом со мной.

-Ты же знаешь, что я люблю ночь четверга. Я работаю по пятницам.

-Я никогда не говорил с Сидни насчет прав телевизора.

Он поглядывает на дверь спальни Сидни с хмурым лицом. - Что за маленькая обманщица. Так или иначе, где ты ее нашел?

-Связано с музыкой. Она пишет слова для группы.

Уоррен выпучил глаза, выпрямился на диване и посмотрел на меня с таким взглядом, будто только что я его предал.

-Ты не думаешь, что это то, о чем твой менеджер должен знать?

Я засмеялся, и повернулся к нему.

-Хорошее замечание. Эй, Уоррен, Сидни официально пишет для нас слова.

Он нахмурил брови.

-И ты не думаешь, что твой менеджер должен обсудить финансовые договоренности с ней? Какой процент она получит?

-Никакой. Она чувствует себя виноватой, беря проценты, в то время как не платит за аренду, поэтому сейчас все в порядке.

Сейчас он встал и оглядывает меня.

-Откуда ты знаешь, что можешь доверять ей? И что если что-то случится с песней, которую она написала? Что если альбом разрежут, и она внезапно решит получить процент? И какого черта, ты больше не пишешь песни?

Я вздохнул. Мы разговаривали об этом так много раз, что моя голова уже болит.

-Я не могу. Ты знаешь это. Это всего лишь на время, когда у меня все наладится. И успокойся, она согласилась подписать все, в чем помогла.

Он снова рухнул на диван, разочарованный.

-Просто не приписывай больше людей в группу без обсуждения со мной сначала, хорошо? Я чувствую себя лишним, когда вы не включаете меня.

Он скрестил свои руки на груди и надулся.