Я опустила голову вниз, и он опять кивнул.

Я отошла от него и повернулась лицом.

- Вау.

Он пожимает плечами и улыбается. Это восхитительно.

Я: Это сумасшествие. Я все еще не понимаю, как ты можешь играть на гитаре, но теперь знаю, как ты это чувствуешь.

Он пожимает плечами на мой комплимент, и я люблю то, какой он скромный, потому что он талантливее всех, кого я знаю.

-Вау, - сказала я опять, тряся головой.

Ридж: Стоп. Я не люблю комплименты. Это нелепо.

Я отложила телефон, и мы оба сели за ноутбуки.

Я: Ну, тогда ты не должен быть так удивлен. Я не думаю, что ты понимаешь, какой у тебя невероятный талант, Ридж. Я знаю, ты говоришь, что тебе тяжело работаешь над этим, как и другим тысячам людей, которые могут слышать, но они не умеют сопоставлять песни, как можешь ты. Я имею в виду, я, может быть, и понимаю все эти вещи с гитарой, теперь, когда ты мне показал это, но что насчет голоса? Откуда ты знаешь, как должен звучать голос, и какой тон должен использоваться?

Ридж: В самом деле, я не могу различать голоса. Я никогда не чувствую пение человека, как я «слушаю» гитару. Я могу сопоставить вокал с песней и развить мелодию, потому что я изучал много песен и узнал, какой тон к какой ноте подходит, основываясь на письменной форме музыки. Это не приходит естественным путем. Я долго работал над этим. Я люблю музыку, несмотря на то, что не могу слышать ее, я научился ценить и понимать это другим способом. Мне пришлось упорнее работать над мелодией. Были времена, когда я писал песни, и Брэннан говорил, что либо это похоже на другую существующую песню, либо не будет звучать хорошо, как я предполагал.

Он явно преуменьшает, но я уверена, что сижу рядом с музыкальным гением. Я ненавижу то, что он думает, что это все идет от его тяжелой работы. Я имею в виду, конечно, это помогает, потому что любой талант нужно развивать, чтобы преуспеть, даже одаренным.

Но его талант умопомрачительный. Это заставляет меня жалеть его, зная, чтобы он мог сделать с его даром, если бы слышал.

Я: Ты можешь слышать что-нибудь? Вообще?

Он трясет головой."

"Ридж: Раньше я носил слуховые аппараты, но они были больше неудобными, чем полезными. У меня глубокая потеря слышимости, так что они не помогали вообще, когда нужно было услышать голоса или мою гитару.

Когда я носил их, я мог сказать были шумы, но я не мог разобрать их. Честно сказать, слуховой аппарат был постоянным напоминанием, что я не могу слышать. Без него я даже не думаю об этом.

Я: Что заставило тебя выучиться играть на гитаре, зная, что ты никогда не услышишь это?

Ридж: Брэннан. Он хотел научиться, когда мы были детьми. Так что мы научились вместе.

Я: Парень, который должен тут жить? Как давно ты с ним знаком?

Ридж: 21 год. Он мой младший брат.

Я: Он в твоей группе?

Ридж посмотрел на меня в смущении.