— Но тебе, вероятно, придется взять надо мной шефство.

После сегодняшней кампании по созданию регистра доноров и после того, как он надеялся, они найдут подходящего донора для Тревора.

— Хорошо! — Патрик снова обратил все внимание на сцену.

Марк сделал глубокий, рваный вдох. Утрата и неудача непрерывно гудели в его венах, но обновленное стремление к цели, облегчение от приобретения новых дружеских отношений, удерживало его от сползания в депрессию. Он взглянул на Патрика. Он действительно упускал гораздо больше, чем только романтические отношения.

За последние пару недель он также стал лучшим другом для Джиллиан и Брайана. И Брайан, и его жена Грейс пытались убедить его попробовать свои силы в триатлоне Айронмен. Марк не мог представить себя участником гонки, которая по времени занимала от восьми до семнадцати часов, но, возможно, он попробует этим летом спринтерский триатлон на короткие дистанции. Джиллиан, с другой стороны, тонко пыталась заставить его пройти кастинг на предстоящую театральную постановку, но это было еще страшнее, чем триатлон Айронмен.

Все эти люди сплотились вокруг него именно тогда, когда он больше всего нуждался в поддержке — без вопросов или колебаний, без повестки дня или каких-либо условий. Они пригласили его в свою жизнь и ничего не требовали взамен, кроме его дружбы. Такова была жизнь, и он, наконец, ее получил. Единственное, чего не хватало, это Тревора.

Брайан материализовался из толпы, стратегически неся три дымящихся стаканчика с горячим шоколадом. Он остановился перед ними, протягивая напитки. Патрик осторожно взял один и передал его Марку, прежде чем забрать другой для себя.

— Спасибо, — сказал Марк, коротко отдавая честь и делая глоток.

Брайан кивнул, а затем присоединился к Марку и Патрику смотреть шоу.

— Тяжелый рок, не так ли? — сказал Брайан, качая головой под музыку."

"— Да, — согласился Марк. Он не знал, чего ожидать, но Кейт и ее группа взорвали его с первой песни в их части концерта. Наблюдая за ней сейчас на сцене, он не мог поверить, что она была тем же самым человеком. На работе она была консервативной, застегнутой на все пуговицы профессионалом, но там, на сцене, одетая в черную кожаную куртку, майку, короткую черную юбку и трехпротекторные байкерские сапоги с серебряными пряжками по бокам, а ее темные волосы были распущенны и развивались, она была шквалом энергии, с легкостью подчиняя себе аудиторию. Он сделал мысленную заметку, чтобы запомнить, что с этого момента он никогда не пропустит ни одного шоу. Он задавался вопросом, понравится ли Тревору ее музыка — мысль, которая привела к тому, что его внутренний кинотеатр сыграл предварительный просмотр.