Это будет твоим наказанием за своевольное поведение, оскорбления, бесстыдное обольщение, и прежде всего, за твое ужасное обращение.

Снова оказавшись на ногах, она возмущенно вскрикнула от неудовлетворенности.

Он подавил в себе порыв зарычать на нее. Но не мог отказаться от соблазнительной возможности скользнуть взглядом по ее обнаженному телу. Ее блестящая киска, эти красные соски, затвердевшие от утренней прохлады, гипнотические глаза, с сексуальным мерцанием... все взывало к нему. Это он привел ее в такое состояние, поместив подобное выражение на ее лице.

Отстраняя в сторону свое желание, он встал, приготовившись закончить наказание, добавив финальный штрих.

- Тебе запрещается испытывать оргазм в последующие три дня, девочка.

У нее отвисла челюсть.

- Вы доводите меня до грани безумия своими большими пальцами, а затем останавливаетесь

- Да.

Он склонил голову, молча предупреждая ее, не перечить ему.

Выражение немого ужаса на ее лице удовлетворило его.

- И вот еще что, пойди и наведи порядок в ""Темнице"", прелесть. На сегодня мы закончили.

Повернувшись к ней спиной, он вошел в свою ванную комнату, и запер за собой дверь, стараясь выровнять свое прерывистое дыхание.

Стянув с себя брюки и включив душ, он взглянул на свой покрасневший пульсирующий член... снова. И, проклиная все на свете, он прислонился спиной к холодной плитке. Теперь в копилку его мучительных воспоминаний добавилось еще одно... о том, как Рейн извивалась на его коленях, так возбуждающе умоляя его, разрешить ей кончить. Его мысли были наполнены ее присутствием, он зажмурился.

С сожалением, он намылил ладонь и снова начал резкими движениями поглаживать свой член, проводя по вздутым венам и опухшей, ноющей головке.

Это не продлилось долго. В его мозгу не переставая, прокручивались картинки того, как она сосала... он быстро кончил. Сердце отстукивало бешеный ритм. Хаммер откинул назад голову и сжал зубы, чтобы сдержать, рвущийся наружу хриплый крик. Продолжая стонать, он помылся, после чего выключил воду и с тяжелым вздохом обернул вокруг талии полотенце.

То, что ему пришлось дрочить, как незрелому подростку... не один раз, а дважды, дико выводило его из себя.

- И чья это ошибка, придурок?

Твоя собственная.

Он готовился к тому, чтобы делать вид, будто между ними ничего не произошло, случайно пересекаясь с ней в клубе.

Если он не будет равнодушен, то только подстегнет ее к действиям. Он не мог так рисковать. Рейн уже доказала, свою способность снести нахрен его самоконтроль. Он чертовски надеялся на то, что с ее непослушными выходками покончено, в противном случае, если ему придется наказывать ее еще раз... прикасаться к ней... он не сдержится. Широко раздвинув ее ноги, он глубоко войдет в нее и затрахает до потери пульса.