Но не нашел другого стола, достаточно большого для своих воинов.

Может быть, он сохранит его и будет любить на нем свою женщину.

Стены столовой были сделаны из простого оникса и слоновой кости. Прежде стены сверкали сапфирами и изумрудами, бриллиантами и рубинами, но их вывезли человеческие солдаты пару месяцев назад. Люди убили драконов, предоставив Валериану и его воинам возможность проникнуть внутрь дворца и завоевать его без особого труда.

Обычно нимфы нападали только тогда, когда их провоцировали, удерживая свою звериную сущность под строгим контролем. Но драконы были врагами их единственного союзника — вампиров. В отличие от любой другой расы в Атлантиде, вампиры не проклинали нимф из-за их чувственной власти над женщинами, они не кипели от зависти. Лайел, их король, даже находил это забавным.

Повернувшись к Валериану, Шей больно ударила его локтем в живот, чуть не выбив воздух из его легких.

— Я не собираюсь быть в меню этого шведского стола.

— Успокойся, женщина.

— Чтоб ты сдох, ублюдок."

"Его воины наблюдали за ними с различной степенью ужаса на лицах. Валериан учил каждого из них языку людей, поскольку полагал, что знание равняется власти; таким образом, все дословно поняли, что малышка Лунный Лучик сказала ему. Женщины никогда раньше так не поступали. По крайней мере, не с Валерианом. Женщины любили его и поклонялись ему. Они боролись за его внимание. Они жаждали его прикосновений.

И они не желали ему смерти!

Но Валериан, кажется, не был смущен этим открытым актом неповиновения. Нет, он был в приподнятом настроении. Если Валериан, самым желанный из нимф, не смог добиться ее, то и его воины поймут, что они обречены на провал — и это хорошо. Ведь, выбрав ее и встретив сопротивление, они будут вынуждены спать в одиночестве в эту ночь, а именно этого нимфы хотели бы избежать. Ведь им сейчас очень нужен секс. Не любовь, не подруга. Только секс.

Валериан заставить себя нахмуриться и легонько хлопнул Шей по очаровательной попке, зная, что это только сильнее разозлит ее.

Она взвизгнула.

— Ты только что пытался меня отшлепать? Скажи мне, что ты не просто так шлепнул меня, Валериан, прежде чем я сломаю тебе нос. Ты ведь знаешь, что я ударю. Опять.

Ах, как ему нравится слышать свое имя из ее мягких, розовых уст. Так как лицо его подруги было очень бледным, то цвет ее губ выделялся, словно маяк, словно приглашая отведать вкус ее поцелуя.

— Я жду, — прорычала она.

— Нет. Ты прекрасна.

Впервые выражение ее лица смягчилось, и Валериан увидел за грозной маской проблеск милой и уязвимой женщины. Он еле сдержался, чтобы ее не поцеловать. Но тут в ее глазах вспыхнула ярость, вытесняя милое выражение лица, растопившее ему сердце.

— Не говори со мной так. Мне это не нравится.

Валериан удивленно моргнул.